Циничная игра юношескими чувствами
Есть всё-таки загадки в рассказах Чехова. И в «От нечего делать» у меня возникло несколько вопросов. Особенно в момент, когда муж, нотариус Николай Андреевич Капитонов, застаёт в кабинете свою жену Анну Семёновну, даму тридцати трёх лет, целующуюся с молодым репетитором Ваней Щупальцевым. Так вот, муж спрашивает её – «Свеженьких огурчиков на старости лет захотелось!» Меня эта фраза вообще в ступор повергла?! Старость в тридцать три года?! Это преувеличение такое? Или 130 лет назад старость у женщин наступала так рано?!
Ещё удивил уровень цинизма во взаимоотношениях супругов Капитоновых. Муж с женой хладнокровно обсуждают только что произошедшую сцену поцелуя. Николай Андреевич уверен, что супруга устроила мальчику сто мышеловок и западней прежде, чем тот в неё влюбился. И жена, прекрасно понимая свою вину, просит мужа не бранить Ваню, что тот нисколько не виноват. Создаётся впечатление, что эти взрослые дядя с тётей играют чувствами юноши, как кот с кошкой играют с маленькой мышкой…
Дальнейшие действия нотариуса только подтверждают, что он ведёт себя с Щупальцевым довольно глумливо и издевательски, понимая, что чувствами молодого человека можно играть, не опасаясь нарваться на адекватную реакцию. Понимая, что стреляться не будет ни при каких обстоятельствах, он, тем не менее, предлагает юноше выбор – «Так я вам прямо говорю: или вы берете соблазненную вами женщину и доставляете ей средства к существованию, или же мы стреляемся». Затем устраивает фарс – «Но что вы сделали со мной! - простонал он. - Вы разбили мне жизнь... отняли у меня женщину, которую я любил больше жизни. Нет, я не перенесу этого удара!» Щупальцев же воспринимает всё это буквально, ему становится жутко. Он признаётся, что Анна Семёновна рассказала ему, что Николай Андреевич женился на ней только из-за денег – «Мне известна вся ее жизнь, и... и верьте, я полюбил в ней не столько женщину, сколько страдалицу».
Как же должен был страдать сам юноша, какое нервное потрясение он пережил, чтобы вечером предложить нотариусу драться на дуэли, чтобы удовлетворить того. Тут уж Николай Андреевич понял, что в своём розыгрыше зашёл слишком далеко и попытался всё свести к шутке – «Ну, ну... будет! Я ведь пошутил, голубчик! - сказал он. - Всё это пустяки и вздор. Та дрянная и ничтожная женщина не стоит того, чтобы вы тратили из-за нее хорошие слова и волновались. Довольно, юноша!»
Новое потрясение испытывает Ваня, когда циничный муж пытается открыть ему свои взгляды на собственную жену – «Дрянная, скверная бабенка и больше ничего!.. У вас вкуса нет, голубчик. Что вы остановились? Удивляетесь, что я такие слова про жену говорю? Конечно, мне не следовало бы говорить вам этого, но так как вы тут некоторым образом лицо заинтересованное, то с вами нечего скрытничать. Говорю вам откровенно: наплюйте! Игра не стоит свеч. Всё она вам налгала и как "страдалица" гроша медного не стоит. Бальзаковская барыня и психопатка. Глупа и много врет». А на удивлённый вопрос мальчика, как можно такое говорить о своей жене, отвечает, что – «Был таким же, как вот вы, и женился, а теперь рад бы разжениться, да - тпррр... Наплюйте, милый! Любви-то ведь никакой, а одна только шалость, скука». Вот такой взрослый пошлый дядя, уставший от жизни, пытается разрушить романтические взгляды юноши. Только удастся ли ему так грубо и нагло вторгнуться в представления молодого человека о приличиях? Зависит только от самого Вани, его понятий о чести и достоинстве.
Фраза - «Поцелуй я так же безгрешно, как ты сейчас, девушку, на меня чёрт знает что посыплется: злодей! соблазнитель! развратитель! А вам, бальзаковским барыням, всё с рук сходит».
Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 361
43 понравилось
