Шарлотта Бронте

Если бы я име­ла пра­во хотя бы ше­по­том дать со­вет, то ска­за­ла бы сле­ду­ю­щее: ка­кой бы ни была Ваша лич­ность в на­сто­я­щее вре­мя, ста­рай­тесь изо всех сил, что­бы она не ста­ла хуже. Опа­сай­тесь де­гра­да­ции и па­де­ния. Будь­те пол­ны ре­ши­мо­сти улуч­шить ны­неш­нее по­ло­же­ние, ста­рай­тесь вый­ти за пре­де­лы до­стиг­ну­то­го.

Мы иногда прикипаем душой к книгам, как к людям, – не оттого, что они проявляют блестящий интеллект или несходство с другими, но оттого, что находим в них нечто доброе, утонченное и подлинное.

Не стоит писать ничего о войне, но когда я читаю о ее ужасах, то не могу не думать, что это одно из величайших проклятий, когда-либо выпадавших на долю человечества. Надеюсь, она не продлится долго. Думаю, никакая слава не стоит тех страданий, которые она несет. То, что я пишу, может показаться постыдным и непатриотичным, но, по-моему, в зрелом возрасте благородство и патриотизм значат не то же самое, что в юные годы.

Под словом "комфорт" я понимаю не хорошую еду и питье, теплый очаг или мягкую постель, а приятное общество и приветливые лица, умы и сердца, извлеченные не из свинцового рудника и не из каменоломни.

Поверьте мне, когда будут услышаны скромные голоса тех, кто не получил хорошего образования, но обладает добрым сердцем, тонкими чувствами и никому не завидует, громкие и напыщенные ученые приговоры покажутся совершенно пустыми, глупыми и презренными.

Иногда я спрашиваю себя: и что бы я делала без них? Я прибегаю к ним как к близким друзьям, они помогают скоротать время и развлекают меня; без них часы тянулись бы нестерпимо долго и я не могла бы избавиться от чувства одиночества. Даже когда мои глаза устают и не позволяют мне дальше читать, как приятно видеть их на полке или на столе! Я все еще очень богата, поскольку мой запас книг далеко не исчерпан.

Передайте ***, что я буду выращивать свое хорошее настроение так же, как она выращивает герань.

...одиночество так дурно влияет на душу: тяжело не иметь никого, с кем можно поговорить, немного поспорить, а потом вместе посмеяться над предметом спора.

Потеря самых близких и дорогих на свете сильно влияет на человека: он начинает искать, что же еще в жизни может послужить ему опорой, и если находит нечто подобное, то хватается за него мертвой хваткой.

Я привыкла судить о личности независимо от репутации человека, о практических делах – независимо от теорий и о природной сущности – независимо от усвоенных мнений.

Я хотя и одинока, но не несчастна: у меня есть тысячи причин благодарить Господа...

Однако никто, даже самый искусный врач, не может узнать, что происходит в душе; сердце знает свою горечь, тело – свои невзгоды, а ум – свои трудности.

Но какая ей разница, обедает ее муж во фраке или в костюме для верховой езды? Главное, чтобы у него были достоинство и честность, а также чистая рубашка.

Правильная дорога – та, которая предполагает наибольшее самопожертвование и наибольшую пользу для других. И если неуклонно следовать этой дорогой, она со временем приведет тебя к процветанию и счастью, хотя поначалу может показаться, что ты движешься в прямо противоположном направлении.

... она слишком терпимо относилась к глупым людям, если находила в них хоть крупицу доброты.

Чем дольше я живу, тем яснее вижу, что к хрупкой человеческой природе надо относиться со всей осторожностью: ей немногое под силу.

Прочтите книгу непредвзято, а затем напишите откровенно, что Вы о ней думаете. Разумеется, если у Вас есть на это время – и не иначе.

... вечерние чтения представляли для всех несомненный интерес: они освобождали от гнетущей повседневности и давали свободу.

Если я когда-либо выйду замуж, то мной будет двигать чувство восхищения мужем.