К сожалению, современный человек уже с трудом воспринимает настоящее мясо в литературе. Наши желудки привыкли к «соевому мясу», искусственному, подготовленному для того, чтоб мы его усвоили с минимальными сложностями — мы привыкли к «контркультуре» рафинированной, подготовленной по всем законам масс-маркета, упакованной в понятную форму, и чтоб «непрожеванными» остались только строго обозначенные для этого куски. Отсюда и вкусы читательской аудитории — сложные и интересные Сердца четырех Сорокина (писал о них здесь) — жалкие 3,2 по оценке. Попсовая Норма , которая гораздо примитивнее — уже 3,9. Равно как День опричника и Теллурия . Или другой пример — классик современной попсовой контр-культуры (для сытых мальчиков и девочек с хорошим образованием, чтоб с одной стороны, ничего сложного, с другой, ничего травмирующего) Чак Паланик. Убогий Бойцовский клуб 4,2, Невидимки — 4,2, Призраки — 4, Удушье — 3,8. По мере ухода от зоны комфорта и нагнетания тумана — мы теряем и теряем в оценках. Оценка на Мифогенную любовь каст Ануфриева и Пепперштейна — в районе 4 (мой отзыв тут. Там разные тома, надо считать средневзвешенную). В общем, не стоит во вкусах ориентироваться на массовую оценки — она будет высокой на Академию вампиров , но не на настоящую литературу. А перед нами именно настоящая литература, сопоставимая по влиянию с Улиссом Джойса . Знаете почему? Да потому что именно Берроуз выкормил всех этих Палаников, Сорокиных, Уэлшей (средняя оценка по ЛЛ — 4,1) и пр. Именно они прозрели, увидев гений пророка — просто сделали его более понятным массовой публике, капитализировали и превратили контр-культуру в фастфуд, конечно же, с мерзкой обложкой и на дешевой бумаге (законы жанра).
Берроуза надо не разгадывать, не анализировать, с Берроузом надо оказаться на одной волне, и просто крутить головой (если, конечно, ты не станешь насекомым, и твоя голова будет крутиться) вокруг, наблюдая за сменяющимися пейзажами. Объяснить его творчество через наркоманский трип — очень примитивная попытка объяснения, недостойная хорошего читатель. Конечно же, книга НЕ о наркомании. Да, про наркотики тут есть, но это даже не стержень сюжета, книга вообще про другое. Девочка-институтка прочитает, скажет «ой, это наркоманы» — для неё это достаточно. Потом, может, перечитает лет через 15, и если наберет критический для работы с этим текстом объём знаний, причем не только литературных, но и жизненных — может и поймет что-то. А может и нет — в данном случае это неважно, ведь вы же не должны что-то понять от катания на аттракционе? Опыт, приобретенный вами на каких-нибудь горках вне всякого сомнения не лежит в плоскости знаний, но лежит в иной плоскости — почему же тогда от книги вы хотите опыт только в заранее заданной плоскости? Потому что масс-рынок приучил вас именно к этому. Беззубые рты потребляют только жидкую пищу.
Лучше способ начать знакомство с Голым завтраком — отказаться от сложившихся у тебя в голове канонов. Выкинь линейное повествование, отойди от презумпции равнозначности текста в рамках одной книги, перестань доверять не только автору, но и себе, читателю — именно тогда ты прорвешься через первичный, кстати, достаточно тонкий слой непонимания, и насладишься этой игрой. Автор объясняет очень много, как по мне, даже слишком много — возможно, я привык к немного иному постмодерну, но писавший в середине ХХ века автор обстоятельно рассказывает про наркоманию, что она даёт гигантское количество разного рода эффектов, как бы готовя читателя к восприятию текста. Кстати, будь я автором, я бы это вообще убрал — незачем здесь эти пояснения, кто умный и так поймет, а кто не умный — зачем они здесь нужны? Но над автором, пусть он и битник, довлеет требование английской литературы, поэтому он даже согласен пойти на радикальное упрощение своих идей — вот, смотрите, наркоманский бред, помните об этом и ничему не удивляйтесь. Не обманешь ты нас, Уильям, нет там наркоманского бреда — ты описываешь совершенно реальный мир. Да, книга Берроуза о нашем окружающем мире. Просто выбрана иная форма представления, иначе, чем мы привыкли. Если первые и последние главы из «настоящего» мира, а середина — «фантазм», то я розовый карточный жук. Нет, только середина романа и реальна, а вот «реальный» мир как-раз таки можно счесть чем-то похожим на трип. Потому что нет никакого «настоящего я», есть доктор Бенвей и Ли, есть Бдительный и Черный Армадильо, есть Матрос и Дезинсектор, есть Эй-Джей и Окружной Председатель. Есть только ты, агент, и твои многочисленные личины, и ты никакой из них не можешь доверять — потому что «все Агенты продаются, а все Бойцы Сопротивления предают».
(Я) не представляю, как можно не насладиться этим текстом: «На пороге раковая опухоль с Поздравительной Телеграммой». Как можно не рассмеяться, читая этот «наркоманский трип», это же он, правда?
«Остров, расположенный неподалеку от Зоны, был британской военно-морской базой. Англия владеет Островом согласно договору о бесплатной аренде сроком на год, и каждый год срок действия договора об аренде и вида на жительство продлевается по всей форме. Все население выходит на улицу и собирается на муниципальной свалке, присутствие обязательно. Президент Острова по традиции должен проползти на брюхе по мусору и вручить Вид на жительство и продленный Договор об аренде, подписанный всеми гражданами Острова, Губернатору-Резиденту, который стоит, блистая парадным мундиром. Губернатор берет документы и запихивает их в карман кителя.
— Ну что ж, — говорит он с натянутой улыбкой, — значит, вы решили позволить нам остаться еще на год, да? Очень мило с вашей стороны. И все этим довольны?.. Может, кто-нибудь недоволен?
Солдаты в джипах медленно, испытующе поворачивают направленные на толпу пулеметы.
— Все довольны. Ну что ж, превосходно. — Повеселев, он поворачивается к лежащему ничком Президенту. — А бумаги ваши я сохраню на тот случай, если припрет. Ха-ха-ха!»
При тоталитаризме (а книга целиком и полностью про тоталитаризм, опять же, если кто не допер — просто тоталитаризм разный, от гомосексуально-горизонтального до властно-вертикального), например, образца Руси времен Ивана Грозного — сказать что-то в лицо царю мог разве что шут или юродивый. У первого такая работа, на дурака не обижаются, а юродивый божий человек, тоже обижаться нельзя. Берроуз берет на себя роль юродивого, и начинает вещать нам правду:
«Эй-Джей агитирует за уничтожение Израиля: „При таком настрое против Запада поди добейся прелестей юных арабов... Еще немного, и терпеть такое положение станет невозможно... Израиль явно причиняет нам неудобство“.»
«Эй-Джей резко наклоняется вперед и разбивает об упругие ягодицы мальчика бутылку шампанского.
— И запомните, мальчики, именно этим местом зарабатывают на шампанское.»
«Бюрократия — такое же зло, как рак, поворот вспять от эволюционного пути развития человека с его неограниченными возможностями, различиями и независимыми спонтанными поступками — к полнейшему паразитизму вируса.»
«АМЕРИКАНСКАЯ ДОМОХОЗЯЙКА (открывая коробку стирального порошка „Лакс“): Жаль, в коробке нет электрического глаза, а то она открывалась бы сама при виде меня и вручалась Автоматическому Подручному, который должен бросать порошок в воду...»
Наркоман, говорите? Невозможно читать? Непонятно про что? Извращение? Кто не понял про что книга — а он её читал вообще? Или просто воспроизводил буквы в голове, не вдаваясь в суть?
С возрастом, в т.ч. с возрастом человечества, утрачивается способность потребления отдельных текстов. Рабле сегодня очень сложно прочитать с удовольствием, да и по русской литературе XIX в. это видно. Искрометный текст тогда был таковым только потому, что падал на соответствующую почву. Почва изменилось, и это семя не прорастает, «слово не стало плотью». Похоже, Берроуз сейчас в этом периоде, но он прорастет.
Берроуз все-таки англоязычный писатель, и он играет по правилам. Я не считаю, что здесь надо было играть по правилам — но автор решил так, спорить с ним не буду. Плюс автору решили подыграть редакторы русского издания — вставили несколько дополнительных глав, в основном, посвященным судебным процессам вокруг этой книги, где крупные писатели для того времени (но малоизвестные или вообще неизвестные в России) объясняют суду, что в этой книге нет ничего ужасного, и почему она великая литература. Вспомнился, кстати, суд над Бродским, который произошел после судебного процесса на «Голым завтраком», но фактически его повторил, кроме одного момента — приговора. «Голый завтрак» оправдали. Бродского — вы знаете. Так вот, даже логика американского и отечественного суда была примерно похожа — из серии «чем докажете, что вы писатель». Кроненберг очень хорошо обыграл это в экранизации «Голого завтрака» — это самостоятельное произведение, фильм и книга совершенно независимы, и смотреть их можно в любом порядке, если вы готовы в это вникнуть, то получите удовольствие. Фильм, как по мне, более плоский — но что сравнится с книгой? Ничего.
Читайте эту книгу, читайте её отдельные строки или читайте абзацы целиком, но постарайтесь выйти за пределы обычного массового читателя, которому нужна стандартная схема. Не яритесь, что этой схемы здесь нет. Не пугайтесь детской проституции и убийств — вам же сам автор сказал, что это «наркоманский трип». Он солгал, конечно, он писал про реальность, просто неудобную для нас, но для успокоения души можете ему поверить. Пусть вас не смущает ни откровенный гомосексуальный вектор текста («гомосексуализм — лучшая из легенд, которыми может воспользоваться агент» Уильям Берроуз. Голый завтрак) Просто насладитесь этой настоящей мудростью. Его оценки нисколько не устарели спустя почти 70 лет от момента издания:
О политике:
«На Острове добросовестно соблюдаются все формальности демократии. Существуют Сенат и Конгресс, устраивающие бесконечные заседания, на которых обсуждаются уборка мусора и инспектирование сортиров — лишь на эти два вопроса распространяется их юрисдикция.»;
О медицине:
«В теле человека есть полно ненужный орган. Ты карашо жить с одна почка. Ты иметь два? Да, это есть почка... Внутри органы не должны так тесно вместе толпиться. Им нужно жизненное пространство...»;
О прогрессе:
«...я всего лишь старая вонючая раковая опухоль, вот и приходится разрастаться.»;
Об Америке:
«Америка — не молодая страна: она старая, грязная и злая еще до поселенцев, до индейцев. Зло здесь, оно ждет.»;
О торговле:
«Впендюрь лоху любую лажу с хорошей смазкой, и он вернется канючить еще»;
Наконец, о зависимости:
«— К продаже привыкаешь сильнее, чем к употреблению».
Конечно, эта книга не про наркоманию, и не про её вред. Её можно так трактовать, но это, конечно, очередная ловушка автора. Эта книга про реальную жизнь, которая может показаться тем, что называют наркоманским бредом. И вы не можете отличить одно от другого. Потому что разницы нет. Найдите в цитатах выше что из наркоманского бреда, а что из обычной речи? Получается? И вы знаете почему!
Это гениальная книга, которая, разумеется, как любая гениальная книга, будет доступна далеко не всем. Если не можете — не насилуйте себя. Есть множество соевого продукта, «адаптированного» как тексты для изучения английского, или как упрощенные ноты для фортепиано. Не мучайте себя, не страдайте. Всех остальных я приглашаю прокатиться на этом аттракционе.
И да, посмотрите на оценки на ЛЛ — от 0 до 5. Разброс оценок колоссален. Т.е. человека эта книга не оставляет равнодушным, она не «нейтральна», она выводит из равновесия в ту или иную сторону! Это и есть искусство, ибо такова его задача, это и есть Литература!
169 понравилось
