Цитаты из книги Вольный народец

A lot of the stories were highly suspicious, in her opinion. There was the one that ended when the two good children pushed the wicked witch into her own oven. Tiffany had worried about that after all that trouble with Mrs. Snapperly. Stories like this stopped people thinking properly, she was sure. She’d read that one and thought, Excuse me? No one has an oven big enough to get a whole person in, and what made the children think they could just walk around eating people’s houses in any case? And why does some boy too stupid to know a cow is worth a lot more than five beans have the right to murder a giant and steal all his gold? Not to mention commit an act of ecological vandalism? And some girl who can’t tell the difference between a wolf and her grandmother must either have been as dense as teak or come from an extremely ugly family. The stories weren’t real. But Mrs. Snapperly had died because of stories.

What, er, kind of nightmares are coming?’ said Tiffany. ‘Ach, long-leggity things with muckle legs and huge teeth, and flappy wings and a hundred eyes, that kinda stuff,’ said Daft Wullie. ‘Aye, and wuss than that,’ said Rob Anybody, staring at the speeding dark. ‘What’s worse than that?’ said Tiffany. ‘Normal stuff gone wrong,’ said Rob. Tiffany looked blank for a moment, and then shuddered. Oh yes, she knew about those nightmares. They didn’t happen often, but they were horrible when they did. She’d woken up once shaking at the thought of Granny Aching’s boots, which had been chasing her, and another time it was a box of sugar. Anything could be a nightmare. She could put up with monsters. But she didn’t want to face mad boots.

Её с раннего детства учили, что нельзя думать только о себе. И она старалась соответствовать. Старалась заботиться о других. Никогда не брала последний кусок хлеба. Но тут было другое. Она не была ни отважной, ни благородной, ни доброй, и знала это. В том смысле, который люди обычно вкладывают в эти слова, она, Тиффани, таких прекрасных качеств лишена. И теперь она отправилась на выручку брату, потому что это надо было сделать, потому что не знала, как можно этого не сделать. Она подумала о…

- Тот, кто может, должен помогать тому, кто не может. И кто-то должен заступиться за тех, кто сам не может за себя заступиться.

— Послушай, Фигли думают, что они в раю. Они считают, что умерли и попали сюда после смерти. — И? — Но этого же не может быть! Считается, что здесь мы живые, а после смерти отправляемся на небеса или куда-то ещё, в общем, в загробный мир. — Так ведь это то же самое, только другими словами. И вообще, многие воинственные племена верят, что их воины после смерти в награду за доблесть попадают в иной, прекрасный мир, — пояснил жаб. — Ну, знаешь, где можно пить, сражаться и пировать в своё удовольствие. Так может, наш мир — рай для Фиглей. — Наш мир — настоящий! — И что? Они так верят. И потом, они же маленькие. Может, во Вселенной многовато народу и приходится кроить рай там, где нашлось свободное место? Я всего лишь жаба, поэтому, извини, могу только догадываться, как оно на самом деле. Возможно, они просто ошибаются. Возможно, вы ошибаетесь. Возможно, я ошибаюсь.