Золотая Чаша

Управляя рабами, Генри научился очень многому. Он знал, что ни в коем случае не должен допустить, чтобы они отгадывали его мысли, ибо тогда они обретут над ним власть, избавиться от которой будет трудно. С теми, кто ниже его, ему необходимо быть холодным, надменным, презрительным. Почти все примут его презрение как доказательство превосходства. Люди всегда верили. что он такой, каким кажется, а казаться он умеет всяким.
Если человек пышно одет, все решают, что он богат и влиятелен. Когда о своих намерениях он говорит твёрдо, будто и правда намереваясь привести их в исполнение, почти никто не усомнится, что так оно и будет. Самый же важный вывод был следующий: если в девяти сделках из десяти подряд быть щепетильным и честным, тогда на десятый раз можно украсть столько, сколько пожелаешь, и никому в голову не придёт заподозрить тебя - надо только сделать так, чтобы первые девять случаев стали известны всем.

Самая человечная из человеческих черт - это непостоянство, - думал он. И постигая это, человек испытывает сильное потрясение, почти такое же сильное, как от сознания своей человечности. И почему мы должны узнавать это напоследок? Среди сумасшедших нелепостей жизни, её напыщенно-высокопарных глупостей я хотя бы находил надёжный якорь в самом себе. Что значили бесхребетные колебания и метания других людей, если я верил в собственную несгибаемую неизменность? И вот теперь я гляжу на растрёпанный обрывок каната, а мой якорь исчез безвозвратно. Мне неизвестно, бил ли канат перерезан, или сам мало-помалу перетёрся, но мой якорь исчез безвозвратно. И я плыву, плыву, плыву вокруг острова, на котором нет железа!