Зимняя сказка

Откровенно говоря, не смогла заставить себя прочитать эту.. эмм.. своеобразную книгу. И это при том, что к магическому реализму я вообще-то отношусь весьма даже положительно.

Мозг вынесла первая страница: Конь не мог жить без Манхэттена. О, нет.. Я, конечно, видела коня на обложке, но кто же мог подумать, что все настолько буквально. Потом, правда, коня автор на какое-то время оставил в покое, но это еще вопрос стоило ли менять четвероногого ньй-йоркца на бандитское сборище под очаровательным названием "Куцые хвосты". А чего не "Краснопопые макаки"?

Впрочем, дело не только в сюжете. Оно еще и по стилистике неудобочитаемое и полностью лишенное логики: Его (коня) движения походили на движения танцора, и в этом не было бы ничего удивительного – ведь кони так прекрасны. Никто не мог скрыться от них даже на неделю. Он же был их главной целью в течение вот уже трех лет. Юный Рэмбо, не иначе. Ну и мое любимое: – А за что его держать? – спросил Питер Лейк. – Кого его? – Меч. – Разумеется, за рукоятку. Давай-давай, шевелись… (абзацем ниже) – Хорошо, – кивнул юный Питер Лейк и в тот же миг атаковал противника с совершенно немыслимой для подростка искусностью и проворством. Ну я же говорила: Рэмбо.

Больше ничего сказать не могу - увы, меня хватило ненадолго. Откровенно странная смесь "Банд Нью-Йорка" и типа притчи в духе Баха. И то, и другое - не мое. Уж извините. За возможность познакомиться - спасибо Starry_Sky .

А ещё…не бывает одного рецепта чуда для всех…магия, заложенная в книге, может отозваться где-то в глубине души и пробудить то волшебство, которое живет в каждом из нас и вот оно - Чудо! Но может случиться и так, что мы не «совпадем» с автором и его слова оставят нас совершенно равнодушными.

«Зимняя сказка» как раз одна из тех книг, на примере которых это видно особенно ярко (даже по тому, насколько противоречивы отзывы на неё). Для меня в этой метафизической сказке все «совпало» и Чудо произошло.

It’s all in the ambiance :) Вот уж что-что, а атмосфера (та самая ambiance) автору удалась на славу:

• заснеженный волшебный Нью-Йорк с его мостами и историей (по большей части, кстати, реальной)…но это все-таки магический реализм, поэтому город, в который мы попадаем, все же существенно отличается от привычного нам;
• зима - прекрасная и жестокая, белая, морозная и совершенно сказочная;
• магия, пронизывающая всю книгу, легким паром поднимающаяся практически отовсюду, и этот пар, местами сбивается в совершенно непроглядный туман, за которым…а кто ж знает, что там за этим туманом…
• история простого взломщика Питера Лейка (а может, он вовсе не так уж и прост, а…бессмертен…опять же…кто знает?), влюбившегося в смертельно больную девушку, и масса переплетающихся историй разных людей, так или иначе (близко или совсем поверхностно) с ним связанных;
• таинственное и мистическое озеро, скрытое все тем же густым туманом);
• и конечно, белоснежный летающий конь (уже за одного этого коня можно простить автору многое :)

  Язык витиеват и роскошен, с длинными много-составными предложениями, яркими, порой неожиданными сравнениями и длинными описаниями (подробно и почти всего :) Диалогов совсем мало, поэтому все это может утомлять, но, если удастся попасть «в одну волну» с почти поэтичной прозой автора, то она завораживает и гипнотизирует, увлекая в удивительный мир магии, любви и зимы.

Эта книга — из тех, ожидания от которых не совпадают с реальностью, хотя есть и важное отличие от большинства случаев: на сей раз такое несовпадение — к счастью. Я ожидала, что роман американского автора будет наполнен чем-то типично-американским, но все типичные, приевшиеся и даже стереотипные черты утонули в любви Хелприна к Нью-Йорку, и я, кажется, впервые в жизни, по-настоящему впервые в жизни подумала, а не съездить ли мне в этот город, чтобы посмотреть на него своими глазами. Любовь автора притягательна, но магия города, созданная этой любовью, притягивает ещё сильней. Честно говоря, я ожидала, что обещанный магический реализм окажется лишь уступкой этой любви, оправданием для всех счастливых случайностей, которые произойдут с героями. Но Хелприн вооружился этим методом, — в котором всё возможно и всё принимается как данность, — чтобы создать нечто большее — огромное сказочное полотно с необычной интерпретацией вечного сюжета.

«Зимняя сказка» — это действительно сказка: со своей поэзией, иносказаниями и волшебством, которому нет объяснения. Хелприн попытался охватить столько событий, людей, мыслей и времён, что описать это всё оказалось возможным только с помощью магического реализма. «Нью-йоркский магический реализм» — а что, звучит заманчиво. Но не это главное в книге, и вторая половина, нет, даже последняя треть книги расставляет всё по своим местам: книга эта — иносказательная сказка про нью-йоркский апокалипсис. Однако автор смотрит на извечный сюжет не с позиции разрушений или зла, которые могли к нему привести, а с точки зрения любви, духовных поисков, живой души людей и города.

Вероятно, ожидание Страшного суда является столь распространённым потому, что люди в большинстве своём инстинктивно склонны уподоблять Всемирную Историю человеческой жизни, заканчивающейся неизбежной смертью, — и та и другая исполнены недоступного для нас смысла. Впрочем, возможно и иное объяснение: люди нередко предпринимают многолетние странствия ради того единственного мига, который представляется им вершиной и целью всей их жизни.

Такой вот конец света, показанный как кульминация мира, после которой начался бы Золотой век, и ограниченный пределами одного города и одного столетия.

Начинается история что-то около 1900-х годов, а заканчивается с наступлением XXI века. За это время одни персонажи спокойно проживают свой век, а другие — исчезают в начале столетия с тем, чтобы появиться на сцене в конце века и тысячелетия. Поначалу я ожидала, что Питер Лейк и Беверли Пенн будут главными героями, но их отношения больше похожи на символ любви, которую может зародить в сердцах людей Нью-Йорк, чем на основной сюжет. Кроме того, в контексте апокалипсиса Питер — скорее Мессия, а Беверли — пророк его. Правда, тут уж не уверена: роль этих героев осмысляется не разумом, но сердцем. Логические параллели с библией, евангелиями и «Откровением» Иоанна Богослова я выстроить не смогла — да и не пыталась: книга интереснее, чем её анализ. Оба персонажа быстро покинули сюжет (правда, Питер ещё вернётся, чтобы до конца исполнилось его предназначение), и на смену им пришли другие влюблённые, другие необыкновенные дети, другие умные и талантливые взрослые. Конь Питера Лейка — его волшебный хранитель Антазор — тоже на время пропал, и его «заменил» белоснежный и умный петух по кличке Джек. Однако появились и глупые, и мелочные, и непонятные персонажи, — но всех автор описывал с необъяснимо одинаковой симпатией. Во второй половине книги возникли также две противоборствующие силы. Но не добро и зло, как можно было бы подумать (если помнить, что речь по-прежнему идёт о конце света), а нью-йоркские газеты «Сан» и «Гоуст». Обречённые на вечное соперничество во всём (даже их офисы располагались один напротив другого), эти газеты нельзя отделить друг от друга, потому что свет не может существовать без тени, а тень — без света. Авторское описание их противоборства пропитано таким странным отношением (принятием, симпатией, любовью), что я уже не могу однозначно осуждать глупость одной газеты и восхищаться интеллектуальной красотой другой. Потому что и в глупости автор сумел показать её прелесть, и в красоте интеллекта найти отталкивающие стороны. Книга завершилась приходом Золотого века. Избрание на пост мэра амбициозного и подозрительного молодого человека, разрушение пожаром почти половины города, безуспешное возведение мостов, которые были бы неподвластны физическим законам и даже самой смерти, многочисленные жертвы бандитов, пожаров и несчастных случаев — всё это не должно смущать читателя и отвлекать его от Золотого века, предела всех мечтаний. У сказки — сказочный конец, даже если некоторые мертвецы так не считают.

Здесь всё — ложь, и всё — намёк на правду.

Хэлприновская влюблённость в Нью-Йорк, наверное, сильнее всего поражает воображение. Автор смотрит на прошлое и настоящее города влюблёнными глазами, поэтому описывает всё, что видит (и хорошее, и плохое), не скупясь на волшебство. Видит он и будущее, к которому город стремится всем своим существом, — Золотой век, предваряемый апокалипсисом. Это будущее творится руками людей и — божественной сущности города или духа, который этому городу покровительствует. И всё это настолько потрясающе интересно — фантасмагорично, гротескно, местами утопично, местами дистопично, — что даже отсутствие объяснений не портит сказку. Я обожаю художественную эсхатологию, тем более — со счастливым концом. Все почему-то делают акцент на метод написания, но мне кажется, что метод не должен затмевать сказочно-эсхатологическую природу романа. Композиция значит не больше и не меньше, чем сюжет, — она равноценна ему. Мне кажется, Хэлприн очень красиво это доказывает. И пусть даже ничему в его книге верить нельзя, пусть даже в реальности не существует того Нью-Йорка, который описывает автор, пусть даже это совсем не то, чего я ожидала, — эта книга теперь однозначно будет среди моих любимых.