В стране уходящей натуры

Все большую популярность завоевывают Клубы Убийц. Если у человека, желающего свести счеты с жизнью, не хватает на это духу, он может за сравнительно небольшую плату вступить в Клуб в своей избирательной зоне. К нему будет приписан персональный убийца. Клиент ничего не знает о сути контракта, и все, что касается его смерти, для него загадка: дата, место, способ, личность убийцы. В каком-то смысле он живет, как жил. Смерть постоянно маячит на горизонте как непреложная данность, оставаясь при этом, в смысле конкретных очертаний, недоступной пониманию. Вместо старости, болезни или несчастного случая член Клуба вправе рассчитывать на скорую насильственную смерть — от пули в затылок, ножа в спину или, скажем, сильных мужских рук, которые сомкнутся у него, спящего, вокруг горла. Цель этой затеи, мне кажется, состоит в том, чтобы повысить бдительность. Смерть из абстракции превращается в нечто реальное, поджидающее тебя на каждом шагу. Вместо того чтобы покорно подчиниться неизбежному, человек, приговоренный к убийству, приободряется, его движения делаются энергичными, к нему возвращается ощущение полноты бытия, он словно перерождается, заново открывая для себя окружающий мир.

Сама смерть стала для нас источником жизни. Когда столько людей желают покончить с собой и обдумывают разные способы ухода, можешь себе представить, какие это открывает возможности для дельцов. Предприимчивый человек может на смерти хорошо заработать. Не всем хватает смелости Бегуна или Прыгуна, большинство не способно самостоятельно принять решение. Естественно, за услугу надо платить, а это могут себе позволить только богатые люди. Тем не менее этот бизнес процветает, особенно в Клиниках Эвтаназии. Тут есть из чего выбирать, все зависит от толщины твоего кошелька. Самую простую и дешевую смерть тебе устроят за какой-нибудь час-другой, в рекламных объявлениях она именуется Возвращением Домой. Ты записываешься в Клинику, у стойки регистрации оплачиваешь билет, и тебя отводят в маленькую индивидуальную палату со свежезастеленной койкой. Санитар укладывает тебя в постель, делает укол, и ты засыпаешь, чтобы уже никогда не проснуться. Следующим в прейскуранте стоит Чудо-Путешествие, рассчитанное на два-три дня. Оно состоит из серии регулярных инъекций, погружающих клиента в эйфорию, состояние умиротворенности и забвения, в ожидании последней, роковой инъекции. Есть еще Круиз Наслаждений. В течение двух недель тебе создают роскошные условия, обслуживают по высшему разряду, как в старых пятизвездочных отелях. Изысканная еда и хорошие вина, всевозможные развлечения и даже бордель, для мужчин и для женщин. Это влетит тебе в копеечку, но трудно устоять перед соблазном пожить, пусть недолго, в свое удовольствие.

Время от времени мы надевали какие-нибудь экзотические шляпы и садились пить чай. Эта игра очень забавляла Бориса, и мне тоже она, признаться, нравилась, хотя объяснить причину не берусь. Там были ковбойские шляпы и котелки, фески и шлемы, конфедератки и береты. Я интересовалась, зачем он их коллекционирует, и каждый раз ответ был другим. То он говорил, что носить головной убор его обязывают религиозные убеждения. То объяснял, что все эти реликвии когда-то принадлежали его родственникам и, надевая ту или иную вещь, он таким образом общается с душами умерших, ибо она сохраняет духовную эманацию человека. <...>
А однажды я услышала еще такой резон: он носит шляпы, чтобы мысли не улетали. Чаепитие в шляпах, стало быть, гарантирует увлекательную интеллектуальную беседу.
***
— Le chapeau influence le cerveau, — перешел он на французский. — Si on protége la téte, la pensée n 'est plus béte.
Шляпа влияет на мозг. В прикрытой голове нет глупых мыслей (фр.).