Земля обетованная

Смерть, да будет вам известно, самый стойкий парфюм, она перебивает любой запах.

Опасность подстерегает того, кто думает, будто он уже спасся.

- Воспоминания, — повторила она. — Они живые, в них тепло, в них блеск, в них юность и жизнь.

— Даже если вспоминаете о мертвых?

— Да, — ответила хрупкая старушка после паузы. — Какие же это воспоминания, если о живых?

Я больше не спрашивал.

— Воспоминания держат человека в жизни, — повторила она тихо. — Пока ты жив, живы и твои воспоминания.

Разум и терпимость всегда были в меньшинстве. Как и человечность.

Не дай эмоциям возобладать над аппетитом.

– Не знаю, способны ли вы понять, какая тут трагедия.

– Боюсь, не вполне. В моем понимании трагедия – это что-то связанное со смертью. А не со свадьбой. Но я очень примитивная натура.

Разум и терпимость были всегда в меньшинстве. Как и человечность.

- Полнолуние. Давление повышает. Иллюзии окрыляет. Убийц и маньяков воодушевляет.

Заботы о завтрашнем дне ослабляют рассудок сегодня.

Мы и не там, и не здесь. И в покинутую отчизну нам нельзя, и новая страна нас не принимает.

Память - лучший фальсификатор на свете.

В одиночку я не пил, зная, что от этого скорбь на душе только еще безутешнее.

- Что такое? - спросила она растерянно. - Я что, похожа на чудовище?

• Не совсем. Но как-то уж больно воинственно.

Одно из преимуществ эмиграции в том, что приходится часто прощаться и часто праздновать встречи, – заявил он. – К тому же это дарит иллюзию долгой жизни.

Просто человек не чувствует чужой боли. В этом все дело.

... Чудо не должно иметь повторений.

• Это почему же?
• От повторений чудо ослабевает.
• Лучше ослабленное чудо, чем совсем никакое.

Может, и без сердца жить можно. Только чего ради?

Нет ничего правдивее полуправды.

... счастье не статуя, незыблемая и навсегда, а волна в текучей воде.

Собственность стесняет свободу.