Багровые реки

Жизнь начинаешь ценить лишь тогда, когда ею рискуешь каждый день.

Что ж, ему удалось убить эти два часа. Но и они, в свою очередь, убили его.

Как нести свет людям, если твоя собственная душа погружена во мрак?

Мы живем и умираем в жестоком, зверином, обособленном мире. Это опасный мир, живущий по своим собственным законам. Если вы находитесь вовне, то вы не способны постичь их, а если внутри - утрачиваете объективность.

Я тебе говорил, — шепнул он Жуано, — бойся интеллектуалов!

Сумасшествие умеет маскироваться, комиссар. Безумные часто выглядят совершенно нормальными для окружающих. Вы должны знать это лучше меня.

— Значит, Кайлуа не был симулянтом?

— Конечно нет. Я постоянно имею дело с симулянтами. Эти дурачки проявляют куда более богатую фантазию, чем настоящие сумасшедшие. Болтают невесть что, измышляют самые невероятные бредовые истории. А больные, наоборот, всегда повторяются, они зациклены на какой-нибудь одной идее. Она их грызет, точит. Ведь даже безумие имеет определенную логику, свое рациональное зерно.

Мы господа, и мы рабы / Мы везде, и мы нигде / Мы хозяева земли / Мы повелители пурпурных рек.

«Мы рабы и мы господа, мы везде и мы нигде, мы подчиняем себе багровые реки».

Преступление – это как бы ядро атома, а его обстоятельства – электроны, вращающиеся вокруг него и отражающие скрытую от глаз суть дела.