Реквием

-...И вообще, я не для того пришла сюда, чтобы ты меня утешал. Мне просто хочется ещё немножко побыть с тобой.
-Да, но после этого "немножко" у тебя будет много времени...
-Ну и что? Ты надеешься, что в твоей жизни ещё наступит что-то хорошее?
-Честно говоря, я о таких вещах не думаю.
-Честно говоря, ты ни на что больше не надеешься, - поправляет она меня. - Я тоже. Так что нечего меня подбадривать, мы с тобой одного поля ягода. Бредём по дороге и ничего особенного не ждём.
Итак, мы продолжаем идти своей дорогой по пустынному бульвару, и с нами две тени, тени мужчины и женщины, которые то появляются, то исчезают, словно их и не существовало.

К четырём часам Манев заезжает за мной, и я еду с визитами доброй воли в три экспортные фирмы, почти полностью предоставив ведение переговоров своему спутнику. В заключение Манев берётся показать мне кое-какие достопримечательности города.
-Если это так обязательно... - Я без энтузиазма отзываюсь на его предложение.
-Конечно, не обязательно. Но почему бы тебе не посмотреть, как выглядит с близкого расстояния Святая София?
-Было бы гораздо интересней посмотреть, как выглядит с близкого расстояния Софи Лорен, - уныло замечаю я.

-А это что? - спрашиваю у Борислава, бросив ему снимок из ресторана "София".
-Встреча с профессором Беровым.
-Кто он такой?
-Считается крупным математиком. Может быть, в математике он действительно силён, а что касается здравого смысла, то с ним он не в ладах. Его пригласили приехать на Запад - этому предшествовали обычные комплименты и вещественные знаки внимания, - и он до такой степени растаял от умиления, что стал нести всякие глупости. А поскольку суммы со стороны хозяев и глупости со стороны нашего соотечественника были соответствующим образом документированы, Томас явился напомнить ему, что он их должник.
-Поговорили с профессором?
-Он сам пришёл и всё рассказал.
-О, значит, здравый смысл всё же победил.

-А не могли бы вы сказать, какую жизнь он ведёт, чем занимается?
Минут пять спустя я уже сожалею, что задал необдуманный вопрос. Я наверняка не стал бы его задавать, вспомни вовремя, что имею дело с парикмахершей. Касабова изрыгает такой мощный поток всевозможных сведений, что я уже чувствую себя утопленником, попавшим в водоворот нескончаемых сплетен о ночных попойках, азартных играх, о связях то с той, то с другой, которая потом таскалась с тем-то, вы, должно быть, слышали о нём, он в прошлом году попал в катастрофу возле Панчерево, даже газеты писали, но вышел сухим из воды, потому что у женщины, которую он сшиб, оказалось только два сломанных ребра, ему, конечно, пришлось платить, но что толку от его денег, когда тебе переломают рёбра, и так далее, и так далее...
-Вы о ком, о Коко?.. - время от времени спрашиваю я, чтоб как-то всплыть на поверхность.
На что неизменно следует ответ:
-Нет, о его дружке, но не об этом, про которого я только что говорила, а о другом. А что касается Коко, то не волнуйтесь, вы и о нём сейчас узнаете...