Большой дом

Вторая, прочитанная мной, книга у Краусс. И снова прямо в цель.
Сразу скажу: книга очень и очень мрачная. От начала и до конца. Здесь нет светлых моментов, так может, всполохи иногда. Но тем не менее, она затягивает в себя, не даёт покоя, заставляет думать и размышлять. А уж после прочтения тем более. Ведь автор не просто завершил свои истории, не просто раскрыл секреты, везде оставил недосказанности.

Четыре рассказчика, четыре истории. Кажется, что они очень разные и объединяет их только стол, который сыграл в их судьбе заметную роль. Да только это не так. На самом деле у них много общего. Страдания, боль, безысходность, отчаяние, грусть, и ни капли радости,- вот что содержат в себе эти рассказы-исповеди, вот чем живут рассказчики.

Обычные люди, у каждого своё прошлое, своя жизнь, свои победы. Но почему-то кажется, что никаких побед и не было, одни только поражения. Им есть о чём вспомнить, может даже и о хорошем, только всё это затмевается тайнами, которые скрывали их близкие, горечью, что не давала спокойствия, сведением счетов между родными людьми, беспомощностью даже перед собственными произведениями.

И этот стол. Огромное чудовище со множеством полочек. Он тоже персонаж повествования. Кого-то подавляет, кто-то питает к нему непонятное пристрастие, кому-то он дорог, как память, а кто-то просто воспользовался им, чтобы отомстить.

Отчаяние, тоска и сожаление,- вот что такое этот роман. Покорёженные судьбы, не сбывшиеся мечты, иллюзорность бытия. И иногда страницы текста, без диалогов, только поток мысли, только внутренние противоречия. И тем не менее он не повергает в меланхолию, не кидает в пучину тьмы. А вот сомнения вызывает.
А правильно ли я живу? Искренна ли я со своими близкими? Не обидела ли кого?

Конечно, у каждого из нас есть свои маленькие личные тайны. Без этого никак. Пусть они такими и останутся. Не надо их множить, не надо коллекционировать страдания, ни свои, ни чужие.

Удивительное попадание в мое текущее настроение и мировосприятие. Не ищите в этой книге солнечной осени и тепла, здесь царит пасмурная погода, а если и пригреет вас солнечный луч, то лишь на пару секунд, чтобы потом убежать. Убежать и дать вам оценить горечь утраты, подтолкнуть к знакомству с призраками былого. Здесь так много строк о том, о чем я думала сама в последние дни, когда любое слово, брошенное в мою сторону, поднимало шерсть дыбом, так что невольно выпускаешь когти. Так что я пряталась в "Большом доме", читая потихоньку строчку за строчкой в дороге, дома в одеяле, украденными минутками ночью в гостях, на кухне и на залитой солнцем лавочке в яблоневом саду. А ей хоть бы хны, этой книге-хамелеону, где и как я ее читаю - настолько плотно погружаешься в переплетение нескольких историй, которые вроде бы про разное, но все равно про одно.

И дело тут не в том самом тяжелом столе, о котором поет аннотация. Стол - лишь связующая ниточка, которая могла бы порваться, а выдержала. Николь Краусс создала роман, сплетенный из двух категорий персонажей. Первые всячески разрушают - все что их окружает, включая любимых, либо же самих себя. Вторые, словно осколки надежды, пытаются не дать первым окончательно утонуть в хаосе собственных мыслей, поднимая их на поверхность глотнуть свежего воздуха. И вот этих моментов про вспомнить и понять, попытаться раскрутить клубок эмоций обратно - больше всего. Наравне с теми или иными героями мне приходилось ревновать, желать, догадываться, бежать и лгать, сожалеть и ожесточенно ссориться, смотреть в запутанные нити окон и человеческих жизней, чтобы испытать все существующие оттенки эмоций от меланхолии до светлой грусти. И я могу понять тех, кому книга не понравилась тем, что давит и что автор пытается давить на читателя настроением и атмосферой. Но, повторюсь, мне сейчас такие истории почти-любви и чуть-ненависти, прошлого и семейного - самое то.

Какой из этих осколков общего полотна является ключевым? История писательницы Лотте и ее мужа, которые гонятся за призраком молодого паренька? Писательницы-неудачницы Надин, одна случайная встреча в жизни которой перевернула всё? История семьи Вайс, где правит суровой рукой отец, а дочь не знает покоя, пока не выучит от и до очередное музыкальное произведение? Или верх должна взять исповедь отца, который так давно не видел своего сына и по сути не знает, как к нему подступиться? Настоящий хоровод рассказчиков, и не так уж важно, кто где окажется на пьедестале. Потому что хоть кусочки и вышли разными, но все они об одном: о взаимоотношениях внутри семьи, о смерти и старости, об ошибках и попытках их исправить (и не важно, ошибки это исторического масштаба или ссора на кухне между мужем и женой), о случайных встречах и темных ночах, о разлуке и воссоединении. А ты бредешь по этим дорожкам, сметая тут и там пыль, подглядываешь за чужими судьбами, пытаешься представить себе 1944 год в Будапеште. Гонишься за своими мыслями, а они вот, уже спрятаны в строчках этого романа, который для тебя внезапно оказался о столь многом, хотя на первый взгляд вроде бы ни о чем.

Как итог - атмосферное произведение для узкого круга настроений и мыслей, для неспешного чтения и множественных вздохов. Вокруг будут виться призраки печали и грусти, тяжелый стол будет упорно мелькать тут и там. Действующие лица будут ошибаться и учиться на своих ошибках, узнавать друг друга заново. Увы, учиться эффективно можно только на собственных просчетах и печалях. Но чтобы задуматься, остановиться на мгновение и переосмыслить кусочек своей жизни - тут "Большой дом" в самый раз.

Наверное, справедливо будет по отношению к литературе иногда применять музыкальные термины. Так вот, в музыке есть мажорный и минорный характер звучания. Но совершенно точно, что среди книг можно также выделить книги мажорные и минорные.
«Большой дом» Николь Краусс – книга минорная. Впрочем, как и другое её произведение «Хроники любви». Нельзя сказать, что это очень похожие книги. Но зато прекрасно видно, что они принадлежат одному автору.
Итак, грустный мир Николь Краусс.

Роман «Большой дом», обещающий своим названием неспешное повествование о жизни какой-нибудь семьи, быть может, нескольких поколений. Однако Николь Краусс – это не та писательница, которая могла бы себе позволить использование таких сюжетных клише. Поэтому все наши ожидания от названия (даже если они были) не сбываются.

Неспешность, правда, присутствует. Поэтому книга обрадует тех, кто любит в чтение погружаться не как в бурный клокочущий океан, а как в волшебную спокойную реку с переливчатыми мелкими волнами и разноцветными рыбками. Кого в чтении вообще эти рыбки интересуют (читай: кого интересуют детали, слова и то внешне незаметное, что между слов).
Историй тоже хватает. Здесь есть люди, счастливые или несчастные по-своему. Четыре разные истории разных людей и семей: сложные отношения отца с сыном, мужа с женой, жены со своим прошлым, писателя со своими творениями и так далее. Кажется, что в этой книге так много всего. А на деле Н. Краусс рассказывает нам всего лишь об обычных людях, которые живут в наше с вами время. Однако они все так тесно связаны со своим личным прошлым и с прошлым историческим.

И везде главенствует основной тон книги – грусть. Может, поэтому почти все герои романа – одиночки, не знающие большего счастья, чем остаться наедине с собой, как Лотте, или наедине со своим творчеством, как писательница Надия, или наедине с музыкой, как Лия Вайс. Все герои зациклены на самих себе, они не принадлежат большому миру, каждый из них ушёл в себя, как моллюск в раковину. Один лишь Даниэль Барски, герой-призрак, человек, разорвавший кокон замкнутости, человек мира, поиска, бунта. По сути, он герой в романтическом понимании этого слова. И даже, судя по всему, он совершает свой личный подвиг, уехав в Чили, а потом погибнув там от режима Пиночета. Но о его смерти становится понятно уже в начале книги, поэтому книга вовсе не о нём. Ведь этот грустный мир отрицает романтизм по определению.

И здесь возникает тот самый загадочный стол, который соединяет совершенно удивительным образом не только всех этих чужих друг другу людей, но и их судьбы. Стол в романе – это монстр, чудовище, сила, память, загадка. Всего лишь предмет. Всего лишь предмет? Нет. Часть жизни каждого из тех, кому он принадлежал.

Роман не даёт нам иллюзию всеобщего счастья. Никакого Большого дома нет. Нет ничего общего в этом разрозненном внешнем мире. Однако есть высшие ценности – память и воспоминания, которые не дают человеку забыть о себе самом, которые являются мощным творческим актом. И никто не требует истины, главное, что эта память

Лампомоб-2017
13/13
Я, наверное, слишком наивная читательница, но просто когда мне автор обещает рассказать историю, я честно жду, что он её доскажет до конца, а не спрячется от меня в последний момент в ящик очень большого стола со словами "дальше сама думай, а я выговорился".
Нет, ну я понимаю, что есть объективно неоконченные книги... Те же "Признания авантюриста Феликса Круля" Томаса Манна, после которых плакать хотелось от огорчения, что не досказана такая классная история. Но там хотя бы объективные обстоятельства сыграли против. А тут что? Я собирала эти пазлы и складывала частички, я фантазировала, насколько мои предположения совпадут с идеями автора, я искренне надеялась узнать подробности жизни тех героев, которые меня задели... А тут - бах! Конец. То есть всё. И рассуждения о Большом доме, такие правильно-еврейские, такие искусственные в этом романе... Как будто железный зуб - блестит во рту, и в глаза лезет, и раздражает своей неестественностью. :(
И ведь несмотря на это, мне роман понравился. То есть не столько роман даже, сколько идея его, связать разных людей в разных странах одним предметом - огромным письменным столом, который будто бы живет своей жизнью, перемещаясь по свету и влияя на всех тех, кто с ним встретился на пути. А еще то, как Николь Краусс рассказывает. Очень странные на её страницах возникают люди, живые и реальные, очень болезненные истории, причем связывает их всех совсем даже не стол, а пронзительное одиночество каждого владельца этого стола, расколотые, сломаные судьбы героев...
Мой муж родился в ноябре, и очень не любит этот месяц. Темно, холодно, и главное - абсолютно беспросветно, потому что еще полгода следом за ноябрем будет холодно и темно. Так вот если настроение книги сравнивать с подобным отношением к месяцу, то она именно в эту беспросветность и повергает. Нет, не увидела я в ней надежды, проблеска впереди...
А еще, для меня лично, самое грустное то, что не досказана история поэта, погибшего в Чили. Это его я искала во всех ящичках стола, ради упоминаний о нем я читала все прочие истории в романе. Хотя и они, конечно, прочитаны с интересом. Но если бы недосказанность истории о Вайсе я бы автору простила, то вот финал без Даниэля Барски стал для меня разочарованием. Просто потому, что для меня тема событий переворота в Чили стала слишком личной еще в детстве, и я совсем не готова к тому, что кому-то она может казаться проходной и незначительной. Просто потому, что я искренне надеялась, что не антикварная вещь, не рассуждения о Большом доме, а человек, поэт - станет в романе главным героем.
В общем, буду читать куда более знаменитые "Хроники любви", чтобы уже как-то определиться с автором. Пока я в некотором замешательстве.

Времени было немного и надо было выбирать - смотреть фильм с многообещающим названием "Сломленные" или читать Николь Краусс. Литература, как обычно, победила, но своих "Сломленных" я получила. Ибо роман Краусс можно было бы назвать и так, причём без малейшей потери смысла.
Модная нынче, в эпоху клипового мышления, манера повествования - единого сюжета нет, есть осколки разбитого вдребезги. Четыре истории, связанные весьма опосредованно - чтобы разобраться, кто кем кому приходится, впору чертить график, что-то вроде генеалогического дерева. Для большей замысловатости каждая история разрублена надвое. Персонажи - сплошь потерянные люди, одиночки, забившиеся в свою скорлупу, социопаты, не умеющие и не желающие строить отношения, несущие бремя реальной и выдуманной вины, потрёпанные жизнью. Пол и возраст не имеют значения. По сути, перед нами один персонаж - лишённый цельности и мучительно пытающийся её восстановить. Сложно сказать, насколько это alter ego автора, но "Таинственная история Билли Миллигана" поневоле вспоминается.
Таинственный стол, так или иначе поучаствовавший в жизни каждого персонажа - кусочек паззла, который пытается поставить на место неутомимый антиквар Вайс. Проблема только в том, что попытка вернуться в прошлое - это иллюзия. Жизнь невозможно повернуть назад, и время ни на миг не остановишь. Человек смертен, а иногда ещё и внезапно. И тень смерти то и дело возникает на страницах и без того меланхоличного романа.
Вообще детективно-мистическая история (чей стол? наделен ли он волшебной силой?) не слишком хорошо стыкуется с историями жизни героев и выглядит этаким вставным зубом. Столько же нарочитыми выглядят рассуждения о Большом Доме - Израиле, пытающемся собрать со всего света своих неразумных детей. Рассуждения - вообще не самое сильное место Краусс. Зато рассказывать истории и создавать настроение она умеет. Если много-много печальных страниц, повествующих о несовершенстве мира и человека, вас не пугают, Краусс вполне скрасит мерзкий ноябрьский вечерок.

Эту книгу было очень тяжело читать. Текст, реально, воспринимался довольно трудно, а всему виной громоздкие предложения, которые уводят читателя в логическую бездну. Само повествование было ужасно рваным, больше похожим на бред, чем на четыре истории разных людей.

Начиналось произведение вполне пристойно - с истории женщины-писательницы, которая вспоминает мимолетную любовь, в виде чилийского поэта и стол, который он ей отдал на время, как и остальную мебель. И я уже приготовилась к некой драме их отношений, но внезапно, автор стал бросать нарезку из иных воспоминаний главной героини. Меня засыпали фактами о ее отношениях, романах, звуках в доме, которые заставляли ее сходить с ума от страха и посещении психоаналитика. Винегрета в тексте становилась все больше, он погребал под собой каркас сюжетной линии, которая, вроде бы, угадывалась изначально.

А далее, автор кидается к историям жизни совершенно других людей. Они тоже рассказывают о себе подобным образом. В итоге, сознание читателя нагромождается горами ненужной информации, а в конце вы не понимаете уже половины вещей, как например, их мотивы и помыслы. Почему? Вы просто не помните особые нюансы, которые были для них важны - они потерялись за фоном, типа описания, как капает дождевая вода с пальто или растут волосы в ушах.

Можно подвести итог - я убила время, ха, дубиной, в прямом смысле этого слова. Приобрела головную боль и ощущение, что смотрела одновременно четыре нудных фильма, с плохим переводом. Не думаю, что этот автор станет моим любимым.

Книга монологична.
Начало идёт нелегко, затянутые описания одинокой женщины, её внутренние переживания. Как она отдалилась от мужа, с которым пробыла много лет, ушла в себя. Развод, одиночество...
А ещё стол, который достался ей от одного человека, чтобы она сберегла эту мебель. Сколько же романов было написано за этим столом, сколько дней и ночей провели они вместе, пока за ним не пришла, якобы, дочь владельца.

И далее другая история, другие герои, но все так или иначе связаны со столом.
Очень тяжело читать, абзацы нескончаемые, иной раз на страницу, а то и на две... Всё бы ничего, но депрессивность повествования просто угнетала.
Просто это точно не моя книга. Попробую позже "Хроники", много восторженных отзывов, но в этом случае я "попала" мимо, привлекла аннотация.

Хотелось бросить, не дочитывать, хотя книга не объёмная.

---

Книга прочитана в рамках игры «Спаси книгу-напиши рецензию», но спасти я ее не успела, меня опередила M00N , со своей замечательной рецензией. Более того, уже в процессе чтения я поняла, что эта книга из тех, на которые трудно писать рецензии, во всяком случае, мне нелегко.
Книга состоит из четырех разных историй-монологов, рассказанных четырьмя разными людьми. Эти истории пересекаются, а иногда и противоречат друг другу, не совпадают во временных рамках, называют, казалось бы одних и тех же людей, разными именами. Сначала я пыталась разобраться, свести их к какой-то одной общей точке, но потом совершенно плюнула на это дело и расслабилась.
Эта книга одна из тех, что будут оцениваться либо негативно, либо востороженно. Она очень талантливо написана, но в ней нет почти никакого действия, почти никаких событий, только предельно откровенные воспоминания, самоанализ, много глубоких размышлений об отношениях, о творчестве, об одиночестве, о роли вещей в нашей жизни, о том, что вещи иногда единственное физическое напоминание о том, что мы когда-то пережили.
Как же мне быть, если из четырех историй меня зацепила только одна, но зацепила очень сильно? Еще ни разу я не встречала в книге персонажа, который бы был настолько близок мне, был почти мной. Для меня эта книга точно не случайная и не проходная, а очень личная, очень «моя». И советовать ее я никому не буду, не хочу.

Ух, какая книга! Одна из самых тяжелых книг, прочитанных мной. Морально тяжелых. Это какая-то грусть в кубе, печаль, тоска, безысходность, бессмысленность, все мы умрем, а после нас останутся вещи - мебель, книги, картины, дневники, - несущие в себе память лет. В книге сказано о столь многом и так интимно, что личных ассоциаций не избежать. А потому все мысли и впечатления хочется не изливать в рецензии, а спрятать их куда-нибудь подальше, вот хотя бы в тот пустой ящик стола, а потом доставать и пересматривать их в одиночестве, ни с кем не делясь. Хотя книга все же намекает, что делиться-то стоит, хотя бы с самыми близкими людьми. Пока не поздно.

Категорически не советую эту книгу любителям экшна и жизнерадостных историй. Здесь даже света в конце тоннеля не будет, а само повествование неторопливое и скудное на события. Зато здесь есть несколько жизненных историй, связующим звеном которых является... огромный стол, здесь очень много внутреннего мира героев, их мыслей и переживаний. Но в общем-то все эти истории объединены общим посылом: не уходите глубоко в себя, в свое горе и свои переживания, не становитесь чужими для любимых людей, не стройте стену между собой и ними, говорите, изливайте душу, делитесь страданиями; оставляйте после себя не только что-то, но и кого-то; не оставляйте родных и близких после своей смерти с одной-единственной мыслью: "А я ведь ничего о ней/нем не знал"...

Книга мне очень, очень понравилась. Настолько, что я даже не сняла ей ни ползвезды за некоторые недочеты (к примеру, невозможно представить, как адвокат мог найти адрес миссис Фиске с учетом незаконности той сделки; также совершенно невероятным выглядит газетное объявление Лотте - это же чистой воды криминал) - они просто померкли для меня, показались незначительными.