Похитители грез

— Я бы попросил тебя о свидании, если бы был жив.
Нет ничего справедливого.
— Я бы сказала «ладно», — ответила она.
Она только успела заметить, как Ноа слабо улыбнулся. А затем он исчез.

A robed figure stood before a coin, a goblet, a sword, a wand — all of the symbols of all the tarot suits. An infinity symbol floated above his head; one arm was lifted in a posture of power. Yes, thought Adam. Understanding prickled and then evaded him.
He read the words at the bottom of the card.
The Magician.

Lit only by the small lamp he’d set on the floor beside his journal, the room yawned above, a wizard’s cave full of books and maps and three-legged surveying devices.

"Have you ever felt like there is something different about you? Like there is something more?”
Blue’s heart jumped inside her again. “Yes! ”
Calla removed the keys to the Fox Way car from her pocket.
“Good. Everyone should feel that way."

Гэнси нажимал:
— Твои мысли на латыни? Или диалог? Другие люди говорят в них на латыни? Например, я есть в твоих снах?
— О, да, детка.

— Я уже довольно пьяна, чтобы воспарить, — сказала Кайла, спустя время. Она была не просто выпивающим экстрасенсом, а еще и самой близкой к сверхпознанию. Персефона с сомнением глянула на дно своего стакана. И очень тоненьким голоском (её голосок всегда был тоненьким) грустно выдала:
— А я совсем трезвая.
Мора предположила:
— Сказываются русские корни?
— Эстонские, — поправила Персефона

— Все очень даже под контролем. На самом деле, из всех людей именно с тобой мне бы меньше всего хотелось это обсуждать.
— «Из всех людей!» — повторил он. — Что же я тогда за человек?
Сейчас она не имела понятия. Смущаясь, она ответила:
— Ты не… моя… бабушка или типа того.
— Ты бы говорила об этом со своей бабушкой? Я даже не могу себе представить обсуждение моей личной жизни с моей. Я полагаю, она чудесная женщина. Если тебе нравятся лысые расисты.

Ронан ее ненавидел. Если по справедливости, то она тоже ненавидела Ронана. Ронан выдал ей улыбку.
— Боишься, что загоришься, если войдешь?
— Я отказываюсь участвовать в церемонии, которая не допускает равных духовных привилегий женщинам, — сказала она. Она не встречалась глазами с Ронаном, пока это говорила, хотя она вовсе не смотрела и на Ноа, а тот странно хихикал.
— Вы оба покупаете свои убеждения по одному каталогу? — спросил Ронан.
— Ронан… — начал Деклан.

Она сунула меню обратно в стойку официанток и стояла там секунду, ненавидя их всех, ненавидя эту работу, чувствуя себя странно оскорбленной.

Fuck the past. This was the present.

Мора, сдаваясь, вздохнула, и как раз в этот момент на кухню ворвалась Кайла. Кайла не была зла. Она просто то и дело врывалась. Она резко распахнула холодильник и выхватила из него стаканчик пудинга.

Ronan's second secret was Adam Parrish.

Ronan Lynch lived with every sort of secret.
His first secret was himself. He was brother to a liar and brother to an angel, son of a dream and son of a dreamer.

Dying's a boring side effect.

Kavinsky

“Sorry,” Persephone suggested.

“Pardon?”

She murmured, “You should say sorry when you kill something.”

It took him a moment to realize she meant the rose. “It was dying anyway.”

“Dying and dead are different words.”

It felt good to have identified the problem. That had always been the hardest part. With an engine, with school, with life. Solutions were easy, once you knew what was in your way.

Adam

Maybe she'd go for a walk, just her and the pink switchblade. They were a good pair. Both incapable of opening up without cutting someone.

Blue

“Beware of anyone promising you help now,” Persephone said. “Inside yourself, it’s only you who can help you.”

"Switchblades are illegal," Blue protested.
"So's crime", Maura replied.