До чего смехотворны наши попытки обрести опору в себе подобных.

Вопрос о бессмертии души так бесконечно важен, так глубоко нас затрагивает, что быть безразличным к его решению — значит вообще утратить всякое живое чувство.

Человек — не ангел и не животное, и чем старательнее, на свое несчастье, разыгрывает он из себя ангела, тем более уподобляется животному.

Однообразие Приедается; холод тем хорош, что после него особенно ощущаешь тепло.

Мощь королей равно зиждется на разуме народа и на его неразумии, причем на втором больше, чем на первом.

Если швейцарца назвать человеком высокородным, он оскорбится и скажет, что все его предки были простолюдины, — иначе этого человека сочтут недостойным занимать высокие посты.

Верующие боятся утратить Бога, неверующие — обрести Его.

Хотя мы и сознаем все горестное ничтожество нашего бытия, то и дело хватающее нас за горло, в нашей душе неистребимо живет некое бессознательно возвышающее нас чувство.

Человек познает, что он такое, с помощью двух наставников: инстинкта и опыта.

Умение распоряжаться, владеть собой всегда возвеличивает человека, рабство всегда покрывает его позором.

Нам следует повиноваться разуму беспрекословнее, чем любому владыке, ибо кто перечит владыке, тот несчастен, а кто перечит разуму, тот дурак.

Величие человека — в его способности мыслить.

Людям потому не наскучивает каждый день есть, пить и спать, что желание есть, пить и спать ежедневно возобновляется, а не будь этого, несомненно, наскучило бы. Поэтому тяготится духовной пищей лишь тот, кто не испытывает духовного голода. Жажда справедливости — высшее блаженство.

Почему люди следуют укоренившимся законам и убеждениям? Потому ли, что они здравы? Нет, потому что общеприняты и не дают прорасти семенам раздора.

Легче умереть, не думая о смерти, нежели думать о ней, когда она даже еще не грозит.

Кто не видит всей тщеты человеческого существования, тот сам исполнен тщеты.

Всякое пышно обставленное развлечение идет во вред истинно христианской жизни, но из всех развлечений, придуманных в миру, особенно следует опасаться театра.

Как пусто человеческое сердце и сколько нечистот в этой пустоте!

Нам важна не суть вещей, важны лишь ее поиски.

Удел человека: непостоянство, тоска, тревога.