Сезон бурь

— До наших ушей дошло, — сердито засопел он, — что бабам, которые не хотят иметь детей, почтенная госпожа Нейд предоставляет магические снадобья. А тем, кто уже беременны, помогает избавиться от плода. Мы же здесь, в Кераке, считаем подобную практику аморальной. — То, на что каждая женщина имеет естественное право, — сухо ответила Коралл, — не может быть аморально ipso facto. — Женщина, — король выпрямился на троне своей тощей фигурой, — имеет право ожидать от мужчины только двух подарков: к лету ребенка, а на зиму лапти из лыка. Как один, так и другой подарок предназначены для того чтобы удержать женщину в доме. Ибо, дом есть место самое подходящее для женщины, предписанное ей самой природой. Беременная женщина да еще с привязанным к ее юбке потомством не сможет отойти от дома и не придут ей в голову всякие глупости, а это гарантирует душевный покой мужчины. Спокойный же душой мужчина может тяжко трудится ради приумножения благосостояния и процветания своего правителя. Работающему неустанно в поте лица и спокойному за свою чету мужчине тоже не придут на ум глупые помыслы. А когда женщине кто-нибудь втолкует, что она может рожать, когда захочет, а когда не хочет, то и не должна, да еще вдобавок подскажет ей способ и подсунет для этого средство, тогда, уважаемая, общественный порядок начинает расшатываться. — Так и есть, — вставил принц Ксандер, давно ждущий возможности вмешаться. — Именно так! — Женщина, не желающая быть матерью, — тянул Белогун, — женщина, не привязанная к домашнему хозяйству, колыбели и детям, очень скоро поддастся похоти, факт очевидный и неизбежный. И тогда мужчина утратит внутренний покой и душевное равновесие, в его прежней гармонии что-то мгновенно заскрипит и завоняет, и вдруг окажется, что нет у него уже никакой гармонии, ни порядка. Особенно того порядка, который обеспечивает каждодневную упорную работу. А также и плоды этой работы, пожинаемые мной. А от таких мыслей всего шаг до беспорядков. До бунтов и восстания. Понимаешь, Нейд? Тот, кто дает бабам средства для предотвращения беременности или ее прерывания, тот подрывает общественный порядок, провоцирует бунты и мятежи.

— Смерть — наш вечный попутчик… Она всегда находится слева от нас на расстоянии вытянутой руки… Единственный по-настоящему мудрый советчик, который у нас есть, — это смерть. Каждый раз, когда ты чувствуешь, как это часто с тобой бывает, что все складывается из рук вон плохо и ты на грани полного краха, повернись налево и спроси у своей смерти, так ли это. И твоя смерть ответит, что ты ошибаешься, и что кроме ее прикосновения нет ничего, что действительно имело бы значение. Твоя смерть скажет: «Но я же еще не коснулась тебя!»
Карлос Кастанеда, Путешествие в Икстлан (перевод А. Сидерского)