Отзывы о книге Кира Георгиевна

Жила-была маленькая девочка Кира, которая в детстве, как многие, не выговаривала своё имя правильно. Так и осталась она - Киля, очень надолго, для многих близких. И даже обращение к ней "Кира" иногда показывало ей, что в отношениях что-то не так... Вообще-то я не люблю про любовные треугольники, вот совсем... Я всегда мгновенно нахожу виноватого, а другого, против кого виноват тот, начинаю подспудно считать тряпкой. Вот так у меня туго с восприятием адюльтеров. В этой же повести не треугольник - многоугольник. Центром его является, конечно, уже упомянутая Киля-Кира, она же скульптор Кира Георгиевна, слегка сумбурная, поддающаяся порыву, не привыкшая в порядку и бытовым мелочам, зато привыкшая получать желаемое - ну как-то так всегда жизнь складывалась. Не считая того раза, когда её молодого мужа арестовали в 1937 году - тут жизнь дала ей возможность понять, что не всё бывает, как хочется. И вот - через много лет - реабилитированный Вадим возвращается. Кира в это время уже давно и напрочь замужем за старым художником, до такой степени "давно" и "старым", что у неё завёлся чисто телесный романчик с натурщиком Юрочкой. Вадим же в свою очередь долго прожил с докторшей, выходившей его в лагерном лазарете, и у них есть ребёнок. Старая любовь вспыхивает ярче пионерского костра и сносит напрочь всё, что кажется сейчас мелочью. ("В ее жизни появление Вадима – самое существенное, самое важное, и Николай Иванович не может этого не понять. И он поймет – она знает…") Но только они оба уже другие... Увидев под дождём молодых влюблённых, Кира думает;

Глядя на них – веселых, молодых, – для них гроза была только поводом лишний раз посмеяться, – Кира с грустью подумала, что сейчас вряд ли бы уже сняла вот так туфли и побежала шлепать по лужам. А ведь…

А ведь и них с Вадимом была в жизни такая гроза... Ну а теперь есть маленький Вовка, сцена с участием которого разрывает сердце. Понимаю, что в цитате, вырванной из контекста, долго подводившего к этому настрою, так не покажется, но:

Вовка слез с колен и вдруг часто-часто заморгал, потом бросился к матери, уткнулся лицом ей в колени и разревелся: «Пусть тетя уйдет… Пусть тетя уйдет…»

И понемногу всё становится на места... Трагедия ли это - смерть любви? И были ли чувства, вернувшиеся через годы, по-прежнему любовью? Или поиском себя давнишнего, ныне утраченного, перемолотого жизнью? На самом деле я слушала другую аудиоверсию, которой не нашла на сайте, но готова искренне рекомендовать, если кто-то соберётся слушать книгу: Очень душевно озвучено.

Их было трое. Трое мужчин. Юрочка, Вадим и Николай Иванович. На первый взгляд никак не связанных между собою. Они разнятся по возрасту, по профессии, по социальному положению. Вроде бы ничего общего, но все такие есть один момент, который их объединяет - все они мужчины из жизни Кири Георгиевны... Мужчины из разных периодов ее жизни, которых случай свел воедино в одном временном промежутке...

Вадим. Первая любовь, первый муж, первая разлука. Супружеская жизнь длилась недолго - в 1936 году буквально через пару лет после брака Вадим попал в жернова сталинских репрессий и был выслан отбывать наказание в Сибирь, откуда прислал краткую записку о том, что Кира теперь свободна и ничем перед ним не обязана. Их любовь, прерванная так неожиданно, напоминает мне ситуацию, когда очень увлекательную книгу приходится закрыть на самом интересном месте. Любопытство и жажда узнать что же будет дальше мучают тебя и рука постоянно тянется открыть книгу... Так и Кира с Вадимом - их любовь была прервана в зародыше, они не успели друг другом налюбоваться, натешиться. Воспоминания о времени, проведенном вместе, видятся исключительно в розовом свете. Постоянно мучает вопрос о том, а "что было бы если бы..." и кажется, что жизнь могла пойти по-другому, сложится иначе... Именно из-за этого Вадим и кажется главной героине таким притягательным. Он - это юность, это беззаботность, это как будто гора сброшенных одним махом лет...

Зачем Вадим разыскал Киру после стольких лет мне непонятно. Ладно бы еще если бы он был одинок и верил, что все эти годы она ждала его. Так нет же! У него в далекой Сибири есть гражданская жена, маленький ребенок... И он сам же отпустил ее в свое время. Конечно, Кира могла все бросить и поехать за мужем, но раз она этого не сделала, значит не посчитала нужным. А раз так, зачем возобновлять былую связь через 20 лет? Зачем влезать в ее устоявшийся быт и семейные отношения? На месте Киры, когда бывший появился в ее мастерской, я бы вежливо с ним пообщалась, распросила о жизни, выпили бы чаю и разошлись как в море корабли... Если 20 лет люди могли жить друг без друга, значит этот возрат бессмысленен... Лично для меня тот результат, который получился от их бестолкового импульсивно броска в объятия друг друга, закономерен... Притянулась только чтобы еще сильнее оттолкнуться...

Николай Иванович. Нынешний супруг Киры. з всех мужчин нашей главной героини Николай Иванович был мне симпатичен больше всех остальных. Она встретила его в эвакуации во время Второй мировой войны. Тогда он стал для нее спасательным кругом. Теперь он стар, часто болеет, у него диабет, гипертония, больное сердце, он беспомощен и беззащитен во всем, что не касается его искусства, в искусстве же, слава богу, не знает никаких компромиссов. Да, он стар и не очень красив, у него лысина, брюшко, но с ним легко и просто, он все понимает с полуслова, он удивительно деликатен, он понимает, что у Киры есть свои интересы, свой круг друзей и даже своя отдельная от него жизнь. Он ни в чем не ограничивает супругу и полностью ей доверяет. И зря... Любви между ними нет и возможно даже не было... Но есть ведь какие-то правила приличия, уважение в конце концов... Когда Кира так по-скотски вела себя с ним, мне было настолько неловко, как будто это я сама лично перед ним завинила...

Юрочка. Вторая весна в жизни главной героини. Он на двадцать лет младше Киры, красив, мускулист. В свободное от работы электриком время помогает в качестве натурщика в студии нашей героини. Их взаимное влечение мне абсолютно непонятно. Вернее, не так: влечение Киры к нему я понимаю. Не принимаю, но чисто психологически понимаю. Конечно, ей приятно внимание молоденьго смазливого паренька, это лишнее подтверждение для нее в том, что она еще ого-го какая женщина. Особенно если учесть, что дома старый и больной муж. Но что касается Юры. Пусть даже Кира и выглядит моложе своих 42-х лет, пусть она стройна, ухожена и т.д., но в чем проблема найти красивую девушку своего возраста?! Или это такое своеобразное выражение какой-то психологической травмы?

Сама Кира вызвала у меня двойственные впечатления. Я не могу сказать, что она мне неприятно или вызывает какой-то негатив. Я не понимаю ее логику, не одобряю ее поступки, местами она меня шокирует. Но за всем этим я вижу обычного человека, обычную женщину, мечущуюся в поисках любви. Что меня в ней раздражало больше всего, так это ее бестактность и наглость. В ситуации, когда она поехала гостить с Вадимом к его матери и Вадим через время уехал к своей семье, любой нормальный бы человек тоже уехал. Ну на каком основании ты живешь у этих людей? Тем более, что ваша ситуация всем ясна и никто не считает тебя за потенциальную невестку. Но в ответ на реплику сестры Вадима об отъезде, главная героиня становится на дыбы и категорично утверждает, что никуда отсюда не уедет! Это как так?! С виду вся такая интеллигентная женщина ведет себя так, как будто о существовании правил этика ни слухом, ни духом! Или ее манера прерывать собеседника, вставать и уходить, не дослушав... Оправдать такое поведение тем, что она якобы человек искусства, вся такая ветренная и порывистая, вся в мыслях о своих творениях, я не могу...

Что еще мне очень сильно не понравилось в ней, так это ее отношение к ссылке Вадима. Двадцать лет, проведенных за колючей проволокой, - это огромный срок, это такой багаж опыта и воспоминаний, что не всякому обычному человеку удастся осознать, что это такое. Кира же легкомысленно отмахивается от его рассказов о прошлом, как будто ничего и не было. Мол, что ты мне все о своих лагерях, работе и заключенных рассказываешь?! Давай лучше поговорим о картинах, скульптурах и музыке! Что касается ее чувств, то мне не верится, что хоть кого-то из этих троих мужчин она любила. Что угодно, но только не любовь... Любила Кира Георгиевна только себя...

Финал кажется мне вполне закономерным. Другого развития событий я просто не представляла. Особенно меня порадовало то, что Юрочка не пришел на свидание в мастерскую просто потому что забыл о нем. Это свидетельствует о том, что парень избавляется от своей глупой влюбленности. Что касается выбора самой Киры, то тут главное чтобы она остановилась на нем и продолжала в дальнейшем держаться такой линии. Ведь может со временем появится какой-то новый Юрочка, который окажет ей незначительное внимание, и все пойдет по новой...

В общем и целом мне понравилось. На 150 страницах автору удалось уместить целую жизнь. При чем не только одной Киры Георгиевны, но и тех, кто был в ее судьбе. До этого произведения я читала у автора "Маленькую печальную повесть" и уже после нее Некрасов как писатель в жанре малой прозы мне приглянулся - лаконично по форме и очень емко по содержанию. Думаю, что в свое время, когда после стольких лет, проведенных в ссылке, реабилитированные заключенные возвращались домой, таких историй как у Киры и Вадима было не счесть.

P.S. Одну меня удивляет то, что в книге главная героиня Вадима называет иногда Димой? :-О

Как иногда бывает интересно рассмотреть тему/проблему/ситуацию с разных сторон. Вот у Чуковской тематика сталинских репрессий звучит печально, трагично, а главное обречённо для героев. У Виктора Некрасова с ареста мужа главной героини всё только начинается... А дальше жизнь. Для одних сытая и безмятежная, для вторых — борьба за существование. Но что происходит с теми, кто возвращается оттуда? Возвращаются не всегда опустошенными или злыми, но другими это точно. В попытках забыть свой земной ад, порой теряют себя.

Кира Георгиевна — человек искусства, дама с утонченным вкусом и неординарным взглядом. Выгодно отличается на фоне рядовых советских женщин. Есть в ней что-то от француженки, на мой взгляд. Такой девушке встречать рассветы где-нибудь в парке Тюильри среди бронзовых изваяний, пить каберне фран, а к ночи возвращаться в уютную мастерскую. И творить, творить... Ведь даже автор поселил своих героев, двух влюбленных, в крохотную комнатушку с видом на бесконечное множество "монмартрских" крыш. Вот только срок годности у счастья был недолог. Её милый и родной ВаДимка — враг народа. /Здесь Виктор Платонович, вероятно, делает отсылки к своей биографии./ А она, Киля, теперь может быть свободна, он всё понимает и не держит, не требует обязательств. И следующий выбор Киры странен, но в принципе понятен. Такие женщины умеют очаровывать. Лёгкость Киры, её взбалмошность, безапелляционность подкупают и лысого пожилого вдовца Николая Ивановича, и двадцатилетнего Юрочку. Кажется, места для Димки и воспоминаний о нём не осталось вовсе…

Авторское повествование неспешное, лёгкое. Сначала юная Кира, затем Кира Георгиевна через двадцать лет. Москва — Киев, старые связи, новые знакомства. https://u.livelib.ru/reader/KATbKA/o/jf5r0nz1/o-o.png"> В свете массовых репрессий, народной трагедии, образ Кили выглядит неуместно, даже как-то жалко. Метания среди мужчин, когда по факту не нужен ни один, вольготная жизнь, чрезмерная беспечность. Но всё же есть у главной героини важное и привлекательное, на мой взгляд, качество — увлеченность своим делом. И когда она находится в поисках музы, желает вернуться к состоянию легкого и плодотворного труда, сложно осуждать поступки творческой личности. Скульптура — её детище, для рождения которого все средства хороши. Вот тут-то и становится ясным, кто есть вдохновителем, а кто лишь тянет на дно. Что ж, отсекая лишних, получится ли у Киры не ранить себя? Мне понравилось, интересно написано, как для советской прозы особенно.

Небольшая повесть о женщине -скульпторе, но в основном я бы посчитала, что эта книга об эпохе. Годы в которые живет эта женщина непростые- начинается все с 37 года, юности героини и об аресте и высылке мужа .Годы эвакуации и новом замужестве с немолодым человеком, благополучие в семье, , после того, как муж дал ей свободу. И вот прошли годы, но встреча с бывшим мужем возвращает их к старому, воспоминания не дают покоя обоим. Но ведь есть и обязательства перед семьей, которая уже есть у них, и есть годы , которые многие, да и она сама потом воспринимает , как предательство. Мне не было жаль и я не сочувствовала героине никогда, хотя вроде она и пытается загладить вину перед всеми. Но и судить многих , кто жил в те годы не могу. Каждый выживал по своему, потому что предвоенные и военные годы были конечно тяжелыми. Тут собраны судьбы и характеры очень разные-и бывший муж отсидевший срок, и настоящий уже не молодой , который конечно все понимает и переживает, и это скажется впоследствии, и молодой любовник, который не очень то и хочет развязаться от этой связи и новая жена бывшего мужа, которой пришлось нелегко. Но она была рядом с любимым человеком и понимает его. Мне было тяжело читать эту книгу, хотя есть в ней моменты, которые вроде и не грустные. Но впечатление не радостное совсем и не от характера и судьбы героини, а от ситуации в целом.

Старый муж. Раздельные комнаты 42 ей, ему 62. А была молода... Было прошлое... Муж другой был, Из сверстников, но В 37-м, за стишки повязали любимого И письмо... Читай так - Прощай, навсегда.

Было... разное было и тяжкое, но Характер... поверхностный? Нет. Он - Сильный. Бесхитростный... Из тех, что отряхнулась, как бы не... И дальше, гордо пошла. Завидный характер. Не скажу, что поступками... нравилась Скажу - понимала, откуда, куда...

Будет, наверное, Спойлерно: Эх, Кира. Кира Георгиевна. А ты ведь моложе меня))). И не думаю я, что до Юрочки, до его поцелуя, что у Киры ещё, кто-то был, уверена, что до него, что если бы не поцеловал... не разбудил бы, что уже успело задремать с дряхлым мужем.

Пархала себе. Летала. Лепила скульптуры и была Кира Георгиевна, во всём на свете, права... так она думала. Многие так думают о себе. А муж, тот муж, ждал себе и рад был, что рядом пархает. Некоторые в 62 молодятся, подпрыгивают при молодых, Николай Иванович таким не был... он многое повидал, многое пережил , а потому готов был терпеть, терпеть достаточно многое... и того Юрочку...

Но, недолго музыка играла и прошлое, её, Кирино прошлое ударило её... прямо в темечко.

Он, другой... Димка-Вадим, хотел вернуть, то, что у него украли... Кто тут больший эгоист? Потешил эго... Да, его арестовали зря. Да, его по человечески очень жаль, но... так же Да, что у него уже состоялась новая семья... есть она - Мария и есть сын. И у Киры, своя жизнь, уж какая есть.

Там, в их прошлом, им было лучше, да... там они молодые, счастливые. Там у них отняли счастье, да. Но разве можно то счастье вернуть, когда ты поломан, а она... она всё таже... Там, у тебя были стихи и кино и лёгкое отношение к жизни, чего нет и в помине... Обидно мне за Марию, за их сына, который как будто почувствовал...

Выбор, мы, когда мы свободны, делаем сами, в смысле, с кем и куда... и Юрочка свой выбор сделал, не такой он и дурак, каким показался вначале.

Хорошая повесть, думу думать заставила... Небольшая, хватило мне её на субботнее и на воскресное утро.

Так уж совпало, что у Киры, четвёртого июля было день рождения, а слушать я начала пятого...

Андрей Филиппак хорошо, как-то по-доброму начитал.

Вот она, стильная, красивая, молодая даже в сорок с хвостиком. Умная, образованная. Интеллигенция, одним словом. Кира Георгиевна, Киля, она привыкла наслаждаться жизнью, жить и получать удовольствие, наслаждаться восхищеним, быть окружённой мужчинами, вертеться в богемных кругах. Жизнь однажды обошлась с ней несправедливо, но она как-то легко и мягко вышла из этого, не получив особых повреждений, без обид и сожалений. Ну да, первого мужа репрессировали, но боже мой, как давно это было. Сейчас у неё новый, заботливый муж. И Юрочка, юноша красивый, во всех отношениях приятный, он позирует ей для скульптуры. И Киля слегка влюблена в него. Но чуть-чуть ведь не считается. Она не чувствует вины перед стареющим, привычным, но не любимым мужем. Она на крыльях радости носится от дома к студии. Она так похожа на ту, прежнюю Килю, и она счастливая женщина. И тут возвращается Вадим... Тот самый. Первый. Любимый.

Здесь и начинается драма. Только не драма Киры Георгивны. А старого, больного человека, который слишком благородный, чтобы обвинять в чём-то любимую женщину. Не будет ни сцен ревности, ни плаксивых заверений в любви, ни лживых клятв. А будет боль одиночества. Тоска, сжимающая сердце. И ощущение предательства, хотя никто ничего не обещал. И женщина, которая всегда найдёт себе оправдание. Чтобы ни случилось, в какой тупик не загнала бы её судьба. Такая уж она. Возвышенная? Да нет, эгоистка до мозга костей. И точка.

"Вадим впервые, быть может, подумал: а не подменяет ли Кира в своем искусстве все живое и сложное чем-то другим, внешне похожим, а внутренне условным, придуманным? И только ли в искусстве?"

Кира Георгиевна – женщина незаурядная. Во-первых, человек она творческий, скульптор, работящий и вполне успешный. Во-вторых, женщина в расцвете сил – ей едва минуло сорок, но мало кто даст ей больше тридцати. В-третьих, нрав у Киры Георгиевны легкий, от жизни она привыкла брать всё, жить азартно, с удовольствием, делать то, что хочется в данный момент и не слишком думать о последствиях. Мужчины к Кире Георгиевне (в быту Киле) тянутся: у неё есть первый муж – её ровесник, второй муж на двадцать лет старше и молодой любовник на двадцать лет моложе. Причём есть они все одновременно. Моральный аспект Киру Георгиевну не смущает: а чего стесняться, это жизнь. Зато килины мужчины все в терзаниях: любовника мучает совесть – у него девушка, у Кили муж, нехорошо. У первого мужа вторая семья, маленький сын, как его бросишь? Старый муж чувствует себя брошенным и никому не нужным, прожита жизнь, есть и деньги, и успех, а радости нет. В итоге получаем картину близкую к той, что рисует Беккер в «Бессердечной Аманде»: три мужчины, с которыми более-менее всё понятно, и женщина, с которой сам чёрт ногу сломит. Сходство и в том, что параллельно, вторым планом, идут размышления об исторической эпохе: на дворе оттепель, люди возвращаются из лагерей, ценности переоцениваются… Я очень боялась, что Некрасов не удержится от соблазна и устроит напоследок сеанс разоблачения. Этого, к счастью, не произошло, но, безусловно, размышления Киры Георгиевны о смысле жизни выглядят несколько искусственными. Это очень мужской взгляд, приписанный женщине. В остальном же это тонкая, симпатичная и очень живая повесть.

Нет, не сложилось у меня с Виктором Некрасовым. Когда-то читал его "В окопах Сталинграда". Да, окопная правда войны, да он прошел все и видел это. Написал книгу, которую оценил сам Сталин. Но почему-то не тронула она меня. Может быть потому, что писал с оглядкой, а по другому и нельзя было тогда. Но не приняла ее душа.

Так и здесь. Какие-то сплошные недо...  Недолюбовь и недоизмена. Недосказонность и недоискренность. Какие-то , словно оборванные с двух сторон отношения любовного четырех- или даже пятиугольника. Не очень верилось в эту историю в целом и в определенных мелочах. До конца то дослушал, надеясь на прорыв какой-то в финале, но он тоже не принес ничего интересного.. Как-то так

Казалось бы, Кира Георгиевна – человек по всем показателям современный и думающий. Ну, я имею в виду, современный для своего времени. Она скульптор, она человек искусства, она понимает все, что происходит вокруг, у нее свой взгляд на вещи. Кухонные посиделки, разговоры за полночь. И муж есть, не так, чтобы любимый, но уважаемый, она по отношению к нему честна, ну почти честна, во всяком случае она так считает, красивый мальчик Юрочка не в счет. И еще один муж был, но… время такое, сгинул человек в лагерях, об этом тоже можно поговорить, зло припечатать время, стряхивая пепел в жестяную банку. В общем, хорошая такая думающая современная женщина. Приятно о себе так думать.

И вдруг все летит в тартарары, потому что возвращается Вадим, муж, тот самый, выживший, уцелевший, когда-то любимый безоглядно, а теперь… где-то есть жена, которая приняла и обогрела, где-то растет сын. Но для Киры вопрос не стоит – это же снова молодость, снова любовь, это не сорок два, а опять семнадцать, она цветет и бурлит. И только как мелкие уколы – почему мать не так и радуется обретенному счастью сына? Почему сестра хмуро посматривает? Почему и самому Вадиму нет-нет да и неловко от Киры, такой увлеченной, такой родной. Вроде бы родной, так почему же не стыкуются родные люди?

Вопросов больше, чем ответов. Но кое-что обнадеживает. Трещина, прошедшая по безукоризненной Кире Георгиевне, дает шанс – не все умерло, не все потеряно.

И Кире Георгиевне стало вдруг стыдно. До сих пор, если говорить прямо, это очень мешающее жить чувство она как-то умела преодолевать. Она всегда оказывалась права. Всему находила оправдание. Пожалуй, с тех пор, как пришло первое письмо от Вадима. Прочтя тогда его кривые строчки о свободе, которую он ей дает, она впервые подавила в себе внутреннее чувство стыда. И стало легче. И с тех пор она всегда находила оправдания. И когда вышла замуж за Николая Ивановича. И когда появился Юрочка. И затем Вадим. И когда Варя сказала ей: «Уезжайте», и она ответила, что никуда из Яресек не тронется… Может быть, только один-единственный раз она почувствовала нечто подобное тому, что испытывала сейчас, – стыд, который ничем не успокоишь.

Как это было давно, Сколько с тех пор нагрешено, Сколько светлых идей заживо погребено. Слушай, давай вернемся, В прокуренной кухне осталось вино.

Эх, Кира Георгиевна, что ж вы за женщина такая в самом деле?! И восхититься бы вами, да не получается, слишком уж эгоизм и фальш прет из вас, что аж порой не по себе становится. А и осуждать не могу и не хочу. Потому что прекрасно понимаю все те желания которые разрывают вас на три части. И да, Кира Георгиевна я тоже горжусь вашим финальным поступком, пусть будет так и точка.

Начинается эта не большая повесть с разговоров богемы об искусстве в прокуренной московской кухне. А потом и вся книга, читается на одном вздохе, с тоскливым чувством, как будто случайный знакомый решил излить душу, за рюмашкой, а тебя его история настолько захватила, что Бог с ним с последним автобусом, на такси доеду.... И хотелось бы поддержать все те высокие разговоры об искусстве, да только прекрасно понимаешь зачем они, такому как Вадим, прошедшему 20 лет лагерей?! И на Киру смотришь с подозрением и хочется крикнуть ей: "Уймись, баба, не жалуется он!". Но все это параллельные миры, которые если и пересекаются то случайно и совсем не надолго. Есть женщина и трое мужчин. Там нет места для любви. Страсть, привязанность, уважение, память о молодости, а ещё беспросветное одиночество, эти нити связывают между собой героев повести. И вроде книга о чужой жизни, а полоснула, как по живому....