Тогда и теперь

Странные существа эти женщины, не могут обойтись без сантиментов, тем самым усложняя получение наслаждения, дарованного людям божественным провидением в качестве компенсации за изгнание их праотца и праматери из садов Эдема.

Женщины любят поговорить, а шахматы требуют сосредоточенности.

...какая женщина пожертвует внешностью ради скромности?

Я, разумеется, осуждаю ваши намерения, но не могу не восхищаться остротой вашего ума.

Женщин отличают два недостатка: любопытство и тщеславие. Однако они куда чаще, чем страсть, сбивают этих милых существ с узкой тропы добродетели.

...когда женщина перестаёт быть желанной, рождается сводница.

Французы много обещают, когда им нужны деньги, но редко держат слово.

У вас очень веские аргументы, ваша светлость. Никто не смог бы представить их более убедительно. Такое сочетание тактической мудрости великого полководца с умением рассчитывать самые отдаленные последствия принятого решения и даром оратора выпадает на долю одного человека раз в тысячу лет.

Люди всегда смирятся с потерей политической свободы, если не будет затронута их личная свобода, - заметил герцог. - Они стерпят все, если никто не станет насиловать их женщин и грабить их дома.

Да и можно ли оградить себя от глупости людей, с которыми приходится иметь дело?

Не было человека более приветливого, интересного и хитроумного, чем Макиавелли, когда он хотел выяснить, с кем имеет дело.

Макиавелли предстояло сдерживать нетерпение человека, не привыкшего к промедлению, давать ничего не значащие обещания, на хитрость отвечать хитростью, противостоять обману и попытаться отгадать замыслы того, кто славился своим вероломством и
лицемерием.

Анализируя неблагоприятные последствия моих ошибок, он, без сомнения, поймет, что добродетель и трудолюбие ведут кратчайшей дорогой к успеху в этом мире и к блаженству в мире ином.

Христианство открыло человеку истину и путь к спасению. Но взывало больше к смирению, а не к борьбе. Оно сделало человечество слабым и отдало в руки нечестивцев, поскольку большинство, ради того чтобы попасть на небеса, предпочитало терпеть притеснения, а не защищать себя от обидчиков. Величайшим благом христианство почитало смирение, покорность и презрение к мировой суете. Древние же восхищались величием души, силой и смелостью.

Государством правит не христианская добродетель, а расчет, сила, решительность и жестокость.

В восторге летят они [жаворонки] к небесам, заливаясь пением, а потом в один
прекрасный день их жарят и съедают. Вот так и человек с его интеллектом,
идеалами и устремлениями в конце концов становится не чем иным, как пищей
для червей.