Три Дюма

«Однако в театре он столкнулся со сложившимся положением вещей: там нельзя было показывать превосходство мужчины над женщиной. В театре женщина берет реванш у сильного пола, который угнетает ее в жизни. Она, всегда только она. Все ради любви и через любовь.»

Отрывок из книги: Моруа, Андре. ««Андре Моруа. С/с в шести томах. Том первый, том второй».» Пресса, 1992. iBooks.
Этот материал может быть защищен авторским правом.

Кто любит, тот знает, чего он хочет; тот, кого любят, чувствует, что не ради одного только наслаждения – большего или меньшего – один живой труп отдается другому живому трупу в пароксизме самовоспроизведения.

«Дети никогда не говорят о том, что у них на сердце, свое тщательно скрываемое горе они выдают лишь припадками гнева, которые нам кажутся беспричинными. В сорок два года Дюма-сын признается своему другу, что он «так никогда и не простил отца».»

Отрывок из книги: Моруа, Андре. ««Андре Моруа. С/с в шести томах. Том первый, том второй».» Пресса, 1992. iBooks.
Этот материал может быть защищен авторским правом.

"Дети никогда не говорят о том, что у них на сердце, свое тщательно скрываемое горе они выдают лишь припадками гнева, которые нам кажутся беспричинными."

И при первой же неприятности он с тоской вспоминал о Вилле-Котре и посылал в штаб прошение об отставке.

Да, он цветной, это так, но он этим горд и хочет быть во всем первым.

Кирил Андреев «Андре Моруа и три Дюма»:
«Мы меряем каждого героя мерой того подвига, который он совершил

Кирил Андреев «Андре Моруа и три Дюма»:
«Маке был только каменщиком, Дюма-отец же – архитектором».

Кирил Андреев «Андре Моруа и три Дюма»:
«Карлейль утверждал, что всякая эпоха имеет свою идею, и тот человек, который выражает ее всего полнее, и есть герой эпохи».

Шатобриан:
«Талант не возмещает того, что уничтожит время. Слава молодит только наше имя».

«Дюма-сын:
«Когда ты близок к тому, чтобы покинуть этот мир, надо говорить только то, что стоит труда быть сказанным».

Дюма-сын:
«Что касается правительства, которое будет управлять нашей страной, то меня мало заботит его название и его структура. Пусть оно будет, каким хочет или каким может быть, - лишь бы оно сделало Францию великой, почитаемой, свободной, единой, покойной и справедливой. Если республика достигнет этого результата – я буду с республикой и готов поручиться, что в этом случае на ее стороне окажутся все честные люди».

Дюма-сын Пюи, 24 сентября 1878 года:
«Мы живем в такое время, когда никто не может сказать правду, не рискуя оскорбить убеждения какой-либо группы…
Поскольку мы живем в республике, в настоящее время среди роялистов принято считать, что все монархи были ангелами».

«Существуют другие люди, и у других людей есть свои интересы, свои пристрастия, свои заблуждения, свои привычки. Над другими я не имею никакой власти. Все, что я сам в силах сделать, я делаю».

«Были вещи, ценные не сами по себе, а по стоящим под ними именами».