Зависть

Разве это не мысли наших многочисленных соотечественников, мечтающих о жизни за рубежом:
"В нашей стране дороги славы заграждены шлагбаумами… Одаренный человек либо должен потускнеть, либо решиться на то, чтобы с большим скандалом поднять шлагбаум. Мне, например, хочется спорить. Мне хочется показать силу своей личности. Я хочу моей собственной славы. У нас боятся уделить внимание человеку, Я хочу большего внимания. Я хотел бы родиться в маленьком французском городке, расти в мечтаниях, поставить себе какую-нибудь высокую цель и в прекрасный день уйти из городка и пешком прийти в столицу и там, фанатически работая, добиться цели. Но я не родился на Западе."

Современных оппозиционеров, т.е. "людей с чистыми и светлыми лицами" вижу в образах пустобрехов: изобретателе "ничего" Иване Бабичеве и поэте-завистнике Кавалерове.

Мне показались очень созвучными нашему времени размышления Юрия Олеши о течении времени, власти и инакомыслии, и особенно о времени и смысле революции.

Эта книга часто входит в топ литературных  произведений 20 века на русском языке. С завидной регулярностью её рекомендуют известные люди.

Чтение этого романа не будет лёгкой прогулкой. Повествование несколько непоследовательное, поведение героев нелогичное, сюжет требует исторического погружения.

Вероятно, произведение требует большой умственной работы и рассчитано на подготовленного читателя. Конечно, основная идея о "лишнем человеке" 20 века находится на поверхности, но способ её коммуникации и сюжетные обстоятельства рождают много ассоциаций с 2022 годом и вызывают чувство безнадежности и обреченности.

Олеша описывает людей двух типов: тех, кто хотят стать машиной ( Андрей Бабичев и Володя Макаров); и тех, кто этой машиной решительно не хотят быть (Иван Бабичев и Кавалеров ). Мир " новых " и " старых " людей. Первые работают с утра до ночи и хотят быть равнодушными ко всему , что не есть работа. Вторые плюют на работу и живут фантазиями.
Проблема старых людей в честолюбии и лени. Кавалеров хочет славы, хочет быть там, на аэродроме где какой-то ненужный колбасник является важной шишкой. Почему он такой распрекрасный не стоит в кружку этих важных людей ? Но он ничего не делает. Говорит, что может быть кем угодно, не являясь при этом никем, кроме как сгустка зависти, ненависти и обиды.
Тоже самое обстоит и с Иванам Бабичевым. Ну, он хотя бы умеет языком чесать. И про сны, и про шарик, и про последний парад эмоций, и про "Офелию" . Попытки стать "новым" у Ивана есть. Но все они упирались в его слишком развитую фантазию. И он сам хотел бы, чтобы "Офелия" это гениальная машина специально для нового времени была настоящей, но тут как и Кавалеров он ничего не делает. Он поглощён фантазиями. Сорты колбас не так сильно привлекают, правда? И поэтому он не может стать "новым" . Чего не скажешь об Андрее Бабичеве. Тот, кто стремится стать новым; тот, кто считает себя равнодушным ко всему кроме работы, подобрал пьяницу из жалости и любви к Володе ( ибо думал он в это время о Володе). Но он всё-таки "новый" человек, который стоит по брюхо в старом мире и уже не вылезет оттуда.
И мы имеем двух идеальных представителей эпохи (молодёжь Кавалеров и Володя) и то, что между( старшее поколение: Иван и Андрей Бабичевы ).

Конец , по моему , гениальный. Кавалеров по идее после такого озарения должен был по законам сказок измениться и стать человеком машиной , но всё же Анечка сегодня будет его. И это путь его отца, путь покойного мужа Анечки. Принять равнодушие (в каком-то смысле умереть, стать слепым на что-то ), ибо с завистью или с другим негативным чувством жить невозможно или в петлю, или равнодушие. Можно рассмотреть вариант стать "новым" человеком, но для этого надо работать, быть помешанным будь то на ловле мячей или на колбасном производстве.

Язык романа пресыщен метафорами и явно Олеша их перелил. Повествование вскоре обретает угловатости и читать тяжелее. Сама структура романа вскоре теряется и трудно ответить поступенно что в нём было. Только после перечитывания я увидел сцену с лестницей, поход Ивана с Кавалеровым к Вале, сон Кавалерова и др. Из-за этого первое прочтение было трудным, но зато было неожиданно увлекательно его перечитывать.

В этой жизни
помереть
не трудно.
Сделать жизнь
значительно трудней.

Рецензия не на произведение Олеши - роман "Зависть" вполне обоснованно назван вершиной творчества Юрия Олеши и это один из лучших русскоязычных романов XX века, на мой взгляд (наряду с "Мастером" и "Жизнью Арсеньева"). Нет особого смысла его тут расписывать - про него можно было бы написать серьезную статью в журнал или уж оставить в покое - пусть кому надо, сами читают:)
Отзыв на конкретное издание (ФТМ, 2018). Хотела написать непосредственно на Озоне, но там мне этого не позволили сделать, т.к. приобретала я книгу не у них, а на Вайлдберриз. Но В-з не специализируется на книгах - там он мало кому поможет. Странно, почему я не могу на Озоне написать, чем плох продаваемый у них товар, даже если я его и не там купила - разве от этого другие покупатели должны страдать?
Итак. Агентство ФТМ - довольно уважаемая организация, и потому я спокойно приобрела эту вещь. И ОЧЕНЬ разочаровалась. Не ожидала от них такого непрофессионализма. Конечно, преимущественно они продают права, а не печатают книги, но коли уж взялись...
Первое, что бросилось в глаза, ОГЛАВЛЕНИЕ. Простите, оглавление может быть у цельного произведения. У сборника "оглавления" быть не может. Там должно быть СОДЕРЖАНИЕ.
Но заглянула-то я на эту страницу, чтобы узнать, на какой стр. начинается "Ни дня без строчки". Так вот, этой (ВЕСЬМА значимой) вещи я в "оглавлении" не нашла. Только "Зависть" и ряд рассказов. Подумала было, что перепутала, неверно посмотрела аннотацию в каталоге... Но нет - и в аннотации на самой книге это произведение объявлено. И на контртитуле (это левая полоса титульного разворота) четко сказано: Зависть. Ни дня без строчки. Там, напротив, рассказы не упомянуты.
Ну и дальше. Правый колонтитул ПО ВСЕЙ КНИГЕ гласит: "Зависть". В сборнике это совершенно недопустимо. Мало того, роман от рассказов не отделен шмуцтитулом. Т.е., на 154-й полосе заканчивается роман. Если бы там хоть год написания проставили!.. Но нет. И полоса заполнена вся до последней строчки. А дальше, справа, сразу начинается рассказ - "Ангел". При этом над ним стоит колонтитул - "Зависть"! Т.е., если человек не знаком с творчеством Олеши, то он запросто может подумать, что "Ангел" - это одна из частей романа. КАК можно было такое допустить?
Вызывает также вопрос, почему заголовки рассказов крупнее заголовка самого романа?..
Ну и тем более любопытно, почему в надвыпускных данных (это которые на последней странице) под словом "Зависть" значится "рассказы", а роман вовсе не упомянут. Потрясающая путаница:(
Ну и в заключение хоть что-то хорошее: бумага отличная, шрифт неплохой, тексты Олеши ВСЕ хороши - так что можно читать и получать удовольствие. Ну а "Ни дня без строчки" приобрести как-нибудь в другой раз:)

✔В 1927 году в журнале «Красная новь» выходит роман Ю.Олеши «Зависть». Книга сразу стала литературной сенсацией и принесла славу 28-летнему писателю. Кто-то хвалил произведение, кто-то ругал, но роман никого не оставил равнодушным. И хотя эти годы были отмечены творчеством Пильняка, Бабеля, Катаева, Шолохова, Платонова, «Зависть» вызвала неимоверный отклик и споры в читательской среде.
✔Сразу замечу, что книга оказалась далеко не лёгкой, странной, многослойной, но тем интереснее был процесс чтения и поиска смыслов, которые заложил в неё Ю.Олеша. ✔Первая странность, с которой я столкнулась еще до начала чтения, был жанр книги. Произведение названо романом, хотя в книге всего чуть более 100 страниц. Но, видимо, Олеша неспроста соотнёс свой текст с этим жанром. ✔Роман динамичный, наполнен многими событиями, пластами, подтекстами. Однако если попытаться кратко сформулировать свои мысли о нём, то я бы сказала, что он о столкновении двух эпох – старой, отмирающей и новой, укореняющейся, об успешном руководителе, чиновнике Андрее Бабичеве и завидующем ему поэте Кавалерове. Чувство зависти настолько завладевает Кавалеровым и заполняет его, что он не может от него избавится ни на минуту. Причем достаточно сложно определить, чему именно завидует герой: то ли физическим данным Бабичева, то ли его успеху в жизни. Лично мне показалось, что Кавалеров завидует нужности, реализованности, свободе Бабичева, уверенности в себе.
✔Интересными показались и образы главных героев. И один, и второй в определенные моменты повествования могли вызывать как неприязнь, брезгливость, так и уважение, симпатию.
✔В общем, книгу интерпретировать можно самым разным образом. Сколько будет у нее читателей, столько будет и мнений в отношении проблем, поставленных автором.
✔Это весьма непростое для анализа, но очень знаковое для своего времени произведение. Советую всем прочитать!

Есть книги -вечные, то есть на все времена. Вот откроешь "Евгения Онегина" на любой странице -и понимаешь его современность.
О "Зависти" такого сказать нельзя. Об этом романе много слышала -что гениальный и чуть ли не лучший роман первой половины ХХ века. Нет, конечно, в нем есть масса достоинств. По образности он даст фору многим и многим. И гротеск понятен. И смысл: "Кавалеров - лишний человек". А через образ Кавалерова и о судьбе советской интеллигентности можно подумать. И не отождествлял ли себя сам автор с Кавалеровым? И, конечно, смело в 20-е годы прошлого века было противопоставить индивидуальность общности. Да вот через 90 лет изменился человек. И респектабельный Андрей Бабичев уже не вызывает негатива. А уж конец вообще из ряда вон.

Я так и не понял, к чему всё это было. Даже стал гуглить немного какой-то контекст этого произведения, хотя никогда до этого так не делал при написании рецензий. Полагаю, что для 20х гг прошлого века это звучал необычно, ново. Для меня же это какие-то бесконечные шизофринические монологи Бабичева и другого Бабичева и Кавалерова. Признаюсь, я даже не понял, в каких они отношениях состоят. Вроде кто-то у кого-то дома живёт за просто так. И кто-то кого-то презирает. А ещё в конце произведения рассказывается о футбольном матче против немецкой команды с легендарным немецким игроком.
Из позитивного - я, кажется, уловил вайб 20х годов из всех этих разномастных заплаток. Обращаю внимание и на особый язык текста, механистический, угловатый, чем-то схожий с языком платоновским.