Цитаты из книги Похищение чародея

У слов память длиннее, чем у людей.

Я люблю смотреть в зеркало, потому что, простите за искренность, мне приятен мой внешний облик.

Всегда кто-то остается наверху. И если вы гнилые снаружи, то мы – внутри. Вот и вся разница.

Бывают же на свете такие люди, которые умеют придать любому жилью нормальный человеческий вид.

...Понимаешь, спорт — это зрелище. Почти искусство. Балет.

...Хорошо было жить в тихом, провинциальном двадцатом веке, когда все было ясно, Ньютона почитали за авторитет и Евклида изучали в школах, когда люди передвигались с черепашью скоростью на самолетах, а на маленьких полустанках притормаживали ленивые поезда. Теперь о тихой глади того времени могут лишь мечтать бабушки, а внуки, как и положено внукам, не дослушивают медленных бабушкиных рассказов, убегают, улетают... Наверное, я старею, иначе чего это меня тянет в спокойное прошлое?

...Я вновь миновал длинный коридор больницы, где сидели родственники и друзья тех, кому плохо. Они пришли сюда, чтобы разделить боль других людей. И не было никакой телепатии. Просто люди знали, что нужны друг другу....

...Удивительно, что человек, который так любит спать, может просыпаться раньше всех и будить нас отвратительным голосом.

...Я не спешил пересекать площадь, я смотрел. Как девушка бежит через ее широкое русло, как светится в тени вокзала ее красная пузатая сумка. Я даже могу точно сказать, что там — пудра, помада, тетрадка с конспектом, интересная книга. кошелек с деньгами, недоеденная шоколадка в серебряной фольге, косынка, записная книжка, складной зонтик, яблоко — тысяча вещей и все нужные.

...Если у человека море в квартире, он-то уж должен знать, откуда оно взялось.

А что может быть печальнее, чем образ забытого героя. Он ходит по улицам и намекает: вы меня случайно не помните? Совершенно случайно не помним...

Любое достижение человеческого разума имеет смысл лишь в случае, если оно может принести пользу человечеству в целом.

В бунте самое трудное — начало.

А Вячиком овладела непривычная говорливость. Ему хотелось, чтобы Люда знала о нем все, начиная с воспоминаний о раннем детстве. Он не сразу сообразил, что происходило это оттого, что Люда была идеальной слушательницей, заинтересованной и благожелательной...

Самая большая радость — делать другим подарки. Волшебников все любят... 

Я копался часа полтора в старых журналах, учебниках, разрозненных томах приложений к "Ниве". Книги были не пыльными, но пахли старой, теплой пылью.

Зачем думать о плохом? Ведь каждая жизнь кончается смертью. Никто ещё не выздоровел от жизни. Умру ли я завтра или через двадцать лет, в чем разница? Годы и дни пролетают с одинаковой скоростью.