Шаги по стеклу

— Но ты же сама сказала, — возразил Квисс, — это лучше, чем ничего.
— Быть паразитом? Доживать свой век внутри какой-то убогой биомашины времени? Не думаю. Даже ты достоин лучшего. Я тебя не обманываю, поверь. Истина и так достаточно ужасна. Не думай, что каждый такой зомби и впрямь оказывает воздействие на человека, в чей мозг он вселился. Сенешалю на руку делать вид, будто так оно и есть, будто свобода воли со временем только крепнет, будто эти люди предопределяют беспорядочные поползновения тех примитивных субъектов, от которых они неотделимы, — но это вздор. Может, звери вокруг дыр и создают такую иллюзию, однако мои собственные эксперименты однозначно указывают, что существует одна лишь видимость воздействия… да и можно ли найти более правдоподобное объяснение? Уверяю тебя: эти люди все равно что мертвецы. Они впали в сомнамбулическую смерть.
— Все равно это лучше, чем ничего, — упорствовал Квисс. — Определенно, это лучше.

Что есть имя и что есть фамилия? Это как вес нетто и вес брутто. Он их всегда путал. Что называть в первую очередь, что во вторую? Сомненья нет: все придумано с единственной целью - сбить его с толку. Если к тебе обращаются "сэр", тогда следом должно идти имя, а то, другое, стало быть, фамилия... а то еще придумали какое-то "полное имя" и "христианское имя"... "Христианское имя" - это легко запомнить, потому что Христа звали Иисус Христос, стало быть, "христианское имя" - это фамилия... вот только так и можно разобраться.
Казалось бы, все логично, но если глубоко вдуматься, то выходило, что его размышления не подсказали, как можно разобраться, а подсказали, как разобраться нельзя.