Генрик Сенкевич, несмотря на слабое здоровье, очень много путешествовал. Австрия и Англия, Италия и Литва, Франция, Швейцария, Румыния, Болгария, Турция – вот далеко не полный список стран, где жил Сенкевич. В 1876-1878 годах в качестве корреспондента «Газеты Польской» он посетил США. Надолго оторванный от родной Польши, он конечно же скучал по ней.
В рассказе «Журавли» Сенкевич показывает, как иногда самое незначительное происшествие может вызвать острую ностальгию по родине. Причем не только у людей, не имеющих возможность вернуться домой, но и у тех, для кого это всего лишь вопрос желания.
Писатель начинает рассказ с описания своей жизни на берегу Тихого океана. Все его общество состояло из моряков-норвежцев, которые днем были в море, а вечера проводили за игрой в покер. Будучи абсолютно одинок, автор проводил много времени, бродя с винтовкой по пустынной степи или берегу океана. Далее следует потрясающей красоты описание природы. На мелководье можно было разглядеть неведомых рыб, ракообразных и гревшихся на скалах морских львов. Небольшой песчаный островок, весь усеянный чайками, альбатросами и кроншнепами, казался настоящей птичьей республикой, шумной и крикливой. Фиолетовая, с золотым отливом, гладь воды, сказочно прекрасный заход солнца, неоглядные морские дали и непривычное обилие света настраивали на мистический лад. Казалось, еще немного, и из-за песчаных холмов появятся мифические существа вроде фавнов, нимф или наяд. В окружении всего этого безграничного покоя автор ощущал себя абсолютно счастливым.
Однажды вечером, возвращаясь с острова, Сенкевич услышал громкие голоса, доносившиеся откуда-то сверху. Было темно и он не сразу распознал стаю птиц, пролетавшую мимо. Но когда стая оказалась прямо над головой, автор узнал курлыканье журавлей. И его вдруг охватила безумная тоска от нахлынувших воспоминаний. В голове одна за другой проносились знакомые картины- сосновый бор, обсаженные грушами поля, крестьянские хаты, сельские костелы и белые дома среди густых садов. Весь тот пейзаж, что еще вчера так восхищал и умиротворял, стал вдруг совершенно чужим. Все мысли были только о родине, обо всем, что там осталось. С каждым днем эти воспоминания становились все четче и яснее и постепенно возник единый художественный замысел. Неделю спустя, когда норвежцы в очередной раз ушли в море, Генрик Сенкевич сел в своей каморке и начал писать. Так на берегу Тихого океана на свет появились «Наброски углем».
23 понравилось
