Цитаты из книги Рождество

Вернувшись по вечереющим снегам из села в свою мызу, Слепцов сел в угол, на низкий плюшевый стул, на котором он не сиживал никогда. Так бывает после больших несчастий. Не брат родной, а случайный неприметный знакомый, с которым в обычное время ты и двух слов не скажешь, именно он толково, ласково поддерживает тебя, подаёт оброненную шляпу,— когда всё кончено, и ты, пошатываясь, стучишь зубами, ничего не видишь от слёз. С мебелью — то же самое. Во всякой комнате, даже очень уютной и до смешного маленькой, есть нежилой угол. Именно в такой угол и сел Слепцов.

Неповторимым  смехом  играет  лицо  под
загнутым краем потемневшей от  солнца  соломенной  шляпы,  рука
теребит  цепочку  и  кожаный  кошелек  на широком поясе, весело
расставлены милые, гладкие, коричневые ноги в коротких саржевых
штанах, в промокших сандалиях. Совсем недавно, в  Петербурге,--
радостно,  жадно  поговорив  в  бреду  о школе, о велосипеде, о
какой-то индийской бабочке,-- он умер, и вчера Слепцов  перевез
тяжелый,  словно  всею  жизнью  наполненный  гроб, в деревню, в
маленький белокаменный склеп близ сельской церкви