День Восьмой

Неторопливая книга, которая вводит в свой особый мир, и с которым не хочешь расставаться. Это была бы семейная сага, в которой не было бы ничего примечательного -- ведь как сказал Толстой, все счастливые семьи похожи друг на друга. Вернее, может быть этой книги и не было бы, была бы просто счастливая семья, если бы не произошло событие... Человека обвиняют в преступлении, которое он не совершал -- и семейное счастье заканчивается. Но потом этого же человека кто-то спасает из тюрьмы -- и дальше начинаются скитание и страдание одного и страдание тех, кто остался -- это не тот мир, в котором легко выжить беглому обвиняемому и его семье без средств существования...

Они выживают, они размышляют, они борятся за существование, они думают друг о друге, они страдают... Это семейная сага с той лишь разницей, что семья разделена сотнями миль и законов, и маленькие люди -- как листья гонимые ветром или потоком, затерянные во вселенной и в своей памяти.

Книга - размышление, печальная, прекрасная, заставляющая думать.

«Из невозможности с удовольствием прочитать что-либо следует не меньше внутренних открытий, чем от «проглатывания» книг» - К. Куприянов, писатель
После этой фразы из статьи, где молодые российские писатели делятся своим отношением к «недочитыванию» важных, по общепринятому мнению, книг, мой пристыженный внутренний критик поднял голову. Ведь на нашем сайте каждый первый ставил этой книге Уайлдера выше 4 баллов. А я свою тройку натянула за идею. Она хоть и не нова, не перестаёт быть актуальной. Мы по сей день узнаем, что вот тогда-то или тогда, пострадал невиновный, а истинный злодей, отбил себе добрый десяток "свободных" лет или вообще не был пойман. На эту идею, как на спираль, накручивается много тем, но всякий раз мы убеждаемся в несовершенстве методов добывания правды. Да что там говорить, сейчас тренд усложнился: правда оказалась понятием очень относительным. Из всего этого произрастает огромное несовершенство жизни.

Для меня «День восьмой» стал историей о преодолении, о способности жить с тем, что тебе, как говорится, отсыпали. Здесь есть доля жоржсандовского романтизма с его закулисьем, здесь же вспоминаются "Бессмертники" Хлои Бенджамин. Посыпая голову пеплом, признаюсь, что мне было жутко скучно читать "День восьмой".

Двоякие впечатления оставила эта книга.

На одной чаше весов - несомненные плюсы, которыми книга запомнится. Небанальная история о двух семьях, родителях и детях, сплетении жизненных нитей, крутых поворотах судьбы, о том, что ведет нас по жизни. Детективная завязка с самого начала цепляет на крючок и заставляет с интересом следить за развитем истории, но вскоре важнее становится узнать не разгадку этой тайны, а дальнейшую судьбу персонажей. Сами герои приковывают внимание, вызывают интерес, желание их понять и пройти с ними дальнейший путь.

Для того, чтобы действительно полюбить их всем сердцем, мне не хватило чуть большего внимания автора к ним. Осталось ощущение, что автор не честен по отношению к героям, что он использовал их для прикрытия, сделал лишь угловатыми марионетками, чтобы симулировать их движение и жизнь, а на самом деле хотел лишь говорить от их имени (а то и вовсе без предлога) на интересные ему темы. И это для меня тяжелым булыжником лежит на второй чаше весов и тянет ее вниз, порой перевешивая достоинства.

Я вовсе не против глубины, второго плана, рассуждений о смысле жизни. Просто я больше люблю, когда автор скорее не читает мне лекцию о своем видении мироустройства, а подталкивает к размышлениям, провоцирует, цепляет за живое. Так же как и учитель, я считаю, хоть и неизмеримо мудрее и опытнее учеников, но должен бороться с желанем навязать свое видение, а вместо этого стимулировать их собственные мыслительные процессы, побуждать к диалогу, спору, самостоятельным выводам.

В итоге - легкая грусть от того, что интересная история, привлекательные герои остались нераскрытыми до конца из-за желания автора пофилософствовать. Да и сами рассуждения (интересные ведь!) мудрого, глубокого человека - остались недооцененными мною из-за их излишней навязанности и назидательности.

О, наконец-то я дочитала эту книгу! Очень тяжело она мне далась, но все-таки я её "домучила", но в лучшем смысле этого слова! Первая глава меня очень обнадёжила, а на второй я порывалась бросить это нелёгкое чтение, но провидение заставило меня терпеть и сражаться с этим "вязким" текстом, за что я была вознаграждена. Это философская семейная сага с детективным лейтмотивом. Роман изобилует очень глубокими, мудрыми мыслями - именно они и представляют интерес в этом произведении, а сюжет и его воплощение не очень мне понравились, и убийцу я вычислила задолго до развязки. Хотя, чего там - вычислила! Ответ лежал на поверхности с середины повествования.

Такие люди, как Эшли, всегда меня восхищали. Своим умением находить выход из трудных ситуаций. Своей силой духа, непоколебимостью. И своей верой. Не религиозным чувством и преданностью (я как раз всегда утверждала, что религиозность и вера — очень разные вещи), а скорее верой в себя, в лучшее и светлое, что обязательно будет, непременно. Так верят буддисты. Так верят светлые и добрые люди. Так верят те, кто о вере вообще никогда не думал, но чист душой.
Неспешное, спокойное, даже немного сонное, как по мне, повествование. Оно завораживает, окружает со всех сторон, утягивает в свою эпоху, в эти гиблые угольные шахты, многолюдные улички Чикаго, полный постояльцев дом… Но! Уж простите меня сердечно, но как же меня раздражали моменты, когда автор насильственно тряс меня за плечо и громко кричал на ухо: «Эээй! Ты читаешь книгу! Всего лишь книгу! Фикция, выдумка!» Все его отступления в духе «как уже говорилось в этой книге», «мы узнаем об этом дальше» и тп создавало у меня впечатление профессорской лекции. Не говоря уже о множестве пространственных философских и иже с ними рассуждений. :/
И тем не менее, книга хороша. Это история, которая стоит того, чтобы быть рассказанной. Может, форма и не во всем меня порадовала, но сама история — пренепременно. Отличная книга для долгих осенних вечеров с кружкой горячего чая.

Когда я опрашивала друзей, чего бы такого почитать, сразу несколько человек рекомендовали Уайлдера, особенно "Мартовские иды" и "Мост короля Людовика Святого" (с формулировкой "Вот это тебе точно понравится!"). Ну что ж: "Мост" мне и правда понравился, хотя и не то, чтобы "ах!", "Мартовские иды" я пока так и не осилила (хотя попробую еще раз через какое-то время), зато в "День восьмой" я просто-напросто влюбилась.
И сюжет, и герои, и слог - все здесь прекрасно и удивительно. Даже то, что имя убийцы становится ясно сразу после того, как его образ возникает в повествовании, нисколько не портит дело - это ж не детектив, в конце концов. А Софи и Лили - мои героини.

Эту книгу я перечитывала большее число раз, чем любую другую.

И в ней больше жизни, чем в любой известной мне зарубежной классике.

Проза Уайлдера стихийна, она насыщенная, как морская вода, а еще она яркая, суровая, непредсказуемая и удивительно мудрая. Жизненные истории на страницах его книг всегда правдоподобны, сюжеты всегда захватывают, и поневоле приходишь в восхищение от умения писателя вглядываться в жизнь людей и описывать самое главное в несколько четких, крепко сбитых фраз.

Это можно сказать о любой книге Уайлдера - "Теофил Норт", "Каббала", "Мост короля Людовика Святого". Но "День Восьмой" для меня остается главным его шедевром.

О книге узнала случайно и, прочитав аннотацию, сразу же захотела с ней познакомиться. Очень уж заинтересовала описанная история с детективным сюжетом. Однако оказалось, что к аннотации содержание романа имеет мало отношения. Действительно, книга начинается с упоминания тех событий, о которых говорится в аннотации, но они - не начало истории, а лишь один из эпизодов в жизни двух семей, судьбы представителей которых причудливым образом переплелись. Кто спас Джона Эшли, становится понятно примерно в середине, имя его убийцы – ближе к концу. Но о том, что интересно было бы узнать ответы на вопросы, которые на первый взгляд составляют всю интригу повествования, в процессе чтения забываешь, следя за перипетиями судеб героев.
История чудо как хороша. Ее можно было бы считать семейной сагой, если бы не нетипичный для подобных саг способ повествования о героях. Здесь и о семейных ценностях. И о взаимоотношениях родителей и детей. И о поисках себя и своего пути в жизни. И о том, что каждый обычный человек необычен. И о человечности, любви к ближнему. И много о чем еще.

Эта книга появилась в моём виш-листе случайно. Сначала я почему-то решила, что мой любимейший фильм "Восьмой день" снят по ней. А когда увидела, что нет, решила не расставаться с книгой и как-нибудь её почитать. Почитала, блин.

Завязка преинтереснейшая - на семейном пикнике посредством выстрела в голову умирает мужчина. Он и его знакомый часто практиковались в выстрелах. Вот и сейчас Джон Эшли целился в мишень. Случайно он промахнулся или специально? Он утверждает, что он не виноват, но жёны слышали только один выстрел. Как будут жить семьи обвиняемого и убитого после всего произошедшего?

Как же это было долго! Стоило задуматься об исходе в тот момент, когда я увидела слова "Лауреат Пулитцеровской премии"? Но я считала, что мне не везёт только на тех, у кого Нобелевка. Семьсот шестьдесят две страницы нудятины - это перебор, на мой взгляд.

Да-да, для кого-то это будет не нудятина, а возможность посмотреть на разных героев подробно, прочувствовать их, покопаться в психологии. Но это всё не моя тема. Мне в книге нужна динамика. Даже если это любовный роман, страсти должны кипеть. А уж если это роман с детективной завязкой, так уж тем более!

Само построение книги сделано достаточно интересно - мы сначала читаем о событиях. Потом мы читаем историю того самого Джона Эшли. Потом мы читаем историю его семьи. Потом переходим к истории его сына, уехавшего на заработки. Затем мы переходим к семье убитого и знакомимся с ними поближе. Я такое люблю. Никогда нельзя забывать, что ситуация с разных сторон выглядит по разному. Вот и получается, что мы сначала получаем сплетню - "Осужденный убил товарища, так как любил его жену. У них была интрижка." А после мы получаем информацию от него - никогда он не любил никого, кроме своей собственной жены. Но взглянув на историю с точки зрения вдовы, мы можем понять, откуда ноги растут.

Я говорила, что само повествование невыносимо скучное? Я предполагаю, что виной всему может быть перевод. В моей версии было какое-то нереальное множество опечаток, может и с предложениями было что-то не так. Не знаю. Глав в книге мало - всего семь. И в начале новой главы мне всегда становилось любопытно. Появлялось что-то новое, нам показывали неожиданные декорации. Но страницы листались, время шло и снова автор уходил в какой-то степенный пересказ и переливание из пустого в порожнее.

Возможно, если бы я изначально бралась за этот роман как за семейную сагу, моё восприятие было бы иное. Но семейная сага не равняется скуке. Мир знает множество замечательных примеров. Я же ожидала роман с детективной составляющей. В процессе чтения увидела другую аннотацию, где говорится про психологизм. Но всё мимо. Всё не оправдывает ожидания.

За что я благодарно автору, так это за то, что он расставил точки над "и" в той ситуации, с которой всё началось. Уайлдер не оставил открытых вопросов. Ну, кроме одного. И за это мне хочется его стукнуть! Где-то в середине книги он перестал рассказывать о главном герое. В конце книги мы узнаем, что стало с его детьми, сколько внуков у него появилось, как жила его жена, когда ей стукнуло семьдесят. И ни одного словечка про Джона Эшли. Ни одного. Он так хотел вернуться к своей семье, столько думал о ней, так ждал, когда пройдет время, когда ему нужно скрываться. И что? И ничего. Был персонаж - нет персонажа.

В ближайшее время я точно не захочу вернуться к автору. Не заношу его в персоны нон-грата, но продолжить знакомство не жажду.

Описания житейских характеров часто грешат своей поверхностностью, будто подметить петельку лицемерия на гладкой канве человеческой морали – это высший пилотаж. Редко какой писатель говорит вам "Вы все прекрасны" и по-библейски прикасается к вашему лицу, чтобы вытащить из вас то самое прекрасное, которое вы хотите видеть. А Уайлдеру удалось. Начиная историю с убийства и судебной ошибки (грязненьких таких вещей, которых даже колорит времен Тедди Рузвельта не скрасит), Уайлдер приходит к выводу что люди лучше, чем кажутся, потому что одни мало о себе говорят, другие – говорят не то, а третьи почти всю жизнь сами себя не понимают.

Это – семейная сага, но построена она не в привычной для семейных саг композиции "злоключения кровных родственников на фоне исторических событий", а в жанре моральной эволюции. Каждый из героев начинает свой путь кем-то, сталкивается с характерами и ситуациями, и перерождается в кого-то еще – тем, кем по божественной задумке всегда должен был быть. В моем изложении выглядит немного эзотерично, но эзотерики там ноль. Скорее, это история о пути к собственному "Я", лежащему через испытания.

Уайлдер раскрывает множество близких мне тем, за которые хочется сказать ему спасибо.

Случайность происходящих с нами событий vs. моральная стойкость. Уайлдер пишет о том, что с плохими людьми случаются хорошие вещи, с хорошими – плохие, хорошие с хорошими и плохие с плохими, и что есть люди, с которыми случается только плохое, несмотря ни на что. При этом ни наши внутренние мотивы, ни наши поступки, ни высшая сила не могут полноценно определить нашу судьбу, но даже при таких исходных моральный выбор возможен, и только за него мы несем ответственность.

Распределение жизненных благ в мире. Наши тихие вечера, проведенные с любимыми – удовольствие не бесплатное, но расплачиваются за него другие люди, чьих страданий мы не видим. Идея в своей основе библейская, которая лишь недавно стала очевидна экономистам и экологам.

Дисциплина труда. Три четких постулата: человек счастлив, когда создает что-то полезное, с коллективом нужно разговаривать, коллектив нужно беречь.

Семейные отношения. Сам по себе факт кровного родства не дает ничего, настоящие семейные узы создаются эмоциональными связями. Зачастую эти связи болезненны, и особенно остро эта болезненность проявляется в психологических травмах, которые родители передают детям, но в их же, родителей, силах, эту наследственность остановить. Еще одно сравнительно недавнее изобретение популярной науки, выведенное в формате художественного жизненного наблюдения.

"День Восьмой" породил у меня два желания: еще больше любить ближнего (подразумевая под этим семью и ближний круг дорогих сердцу лиц) и снова обратиться к Евангелию как к главному (пусть и страшно метафоричному) гимну всепобеждающей человеческой социальности.

В целом вялое и детализированное построение сюжета, весь движ которых сосредоточен в катании на социальных лифтах, напомнило мне Драйзера, но есть у Уайлдера одно существенное отличие. Если Драйзер пишет об индивидуалистах, игнорируя роль эмпатии и вообще всяческое усиление личности от взаимодействия с другими людьми, то Уайлдер как раз-таки эмпатичен, говорит о важности кооперации и высоко ценит индивидуальные различия. Если бы он писал в наши дни и не имел статуса классика, у настроенной в определенную сторону публики были бы все основания обвинить его в излишней борьбе за социальную справедливость (которая, если не имеет характер невроза, излишней не бывает).

Иными словами, есть у меня предположение, что Уайлдер – это Драйзер для левых.

Но с первой книги я судить не берусь, поэтому продолжаем наш круиз.