Тихий американец

Вьетнам, 50-е годы. Американцы пока в стороне, но страна уже раздирается на части. С одной стороны Вьетминь, с другой - Франция, пытающаяся сохранить свои колониальные владения. Ну и американцы начинают пока еще "по-тихому" вмешиваться в события.

Война, со всеми ее ужасами, бессмысленной и беспощадной внечеловечностью описана тут очень ярко... Чувствуется, что по реальным впечатлениям автор писал. Эти дрожащие от страха и желания жить вьетнамские молоденькие солдаты, трупы-трупы-трупы, постоянная опасность, жертвы среди женщин и детей. И, как будто одной войны было мало, в ход идут еще и подстегиваемые третьей силой терракты.

А где война, там и журналисты. Одним из них и является главный герой - пожилой англичанин Фаулер, циник и убежденный "нейтрал". Он ни на чьей стороне, курит опиум и пишет обычное дежурное вранье, особо не напрягаясь. Живет с двадцатилетней вьетнамкой Фуонг, которая готова подстраиваться под него в надежде, что он не уедет из страны без нее. Вот только англичанин этот давно и безнадежно женат, и жена его вряд ли когда-нибудь пойдет на развод. Время пребывания во Вьетнаме скоро подойдет к концу, а тут еще на его голову приезжает весь из себя такой наивный и прекраснодушный тридцатилетний американец Пайл, который сразу же влюбляется в Фуонг и откровенно, бесцеремонно и нахраписто начинает ходить кругами вокруг девушки. При этом он сразу же говорит о своем интересе англичанину и даже готов предложить Фуонг честный брак.

Образ Пайла крайне противоречив. Сам по себе он вроде неплохой парень - честный, смелый, в беде друга не бросит, любимую постарается защитить. Но как же он самонадеянно наивен, начитался трудов очередного демагога и с ходу рвется воплотить "высокие" идеи в жизнь, причем неважно какой ценой, не утруждая себя пониманием местной культуры и специфики. Ему надо вот прям щас насильно причинить добро, ведь он-то знает, как лучше. Жертвы? Ну это же ради благой цели. Даже когда он оказывается там, где видит последствия своих действий, сразу же уходит в самозащиту и самоотрицание. И брызги на обуви оказываются самым сильным впечатлением... Хотел остаться "чистеньким" и не получилось? "Уверен, это не он. Его обманули". "Я его отчитал". "Если бы он пришел с нашей помощью к власти, мы могли бы на него положиться". Осспади, в этом вся история второй половины 20 века. Поддержим любого людоеда, лишь бы потом "нам" авансы делал. Относится это не только к Америке, но и к другим претендентам на роль сверхдержав, будь то СССР или Китай. У всех рыльце в пушку... Тьфу, пакость.

В отзывах много пишут о том, какая Фуонг бесстрастная, бесчувственная, холодная и расчетливая. Что ей все равно с кем быть, пока тот, кто рядом, обеспечивает ей "хорошую" жизнь. А может, девушке и не все равно. Просто в тех условиях, в которые она поставлена - ей надо выжить в каком-то достойном в глазах родных виде, желательно подальше от раздираемой войной страны - у нее нет возможности выражать свои чувства.

Ну вот, допустим, выражала бы она любовь к англичанину. Так ему быстро бы стало не так удобно с ней, скорее всего подыскал бы кого-то еще, он уже и так бросил ту, что его любила, из боязни потом лишиться ее любви. Дальше перед ней был бы путь по койкам другим репортеров и, в перспективе, панель. И даже в случае брака и переезда в Британию для нее небезобидно выражать свои истинные чувства, ведь если ее бросят там, ее ожидает судьба не сильно лучше, чем на родине.

Допустим, выразила бы она в конце свою любовь к американцу. Ну так и без того англичанина совесть и ревность терзали, тогда уж точно бы сплавил ее подальше, и последнего шанса лишилась бы вырваться туда, где мирно, сытно и спокойно. Остаться с Фаулером было для нее безопаснее, с ним она провела уже много времени, вложилась по полной и сделала ставку на него, так сказать. Уйти к Пайлу - это был риск, ведь сладкие речи могли оказаться только словами. То, как она ждала Пайла, их шепот и объятия на лестнице, как во сне она говорила его имя - к чему тут еще какие-то подтверждения? Но выразить свое горе для нее непозволительная роскошь, я лично так это поняла.

Еще запомнился момент с казалось бы крайне несимпатичным репортером, который переживал за сына, заболевшего полиомиелитом. "Пусть останется калекой, я не возражаю, Фаулер. Только пусть выживет! Если бы калекой стал я, от меня было бы мало толку, но у парня есть мозги. Знаешь, чем я занимался, пока тот ублюдок пел? Молился. Я подумал: если Бог хочет забрать чью-то жизнь, пусть забирает мою." Это ведь буквально за несколько лет до появления вакцины дело было? Теперь практически ушедшая в прошлое болезнь, а тогда - ад и ужас для родителей...

В общем, для такого небольшого объема неожиданно глубокая и многомерная книга. О неидеальных людях в условиях, далеких от нормальных. О том, что в определенный момент становится морально невозможным остаться в стороне и приходится делать выбор. Возможно, ошибочный. Возможно, бессмысленный. Но уж точно болезненный и мучительный.

Это моя первая книга Грэма Грина, и, как обычно, когда натыкаешься на классику, которая "заходит", хочется воскликнуть "да где же я раньше то была?" Не книга, а оголенный нерв, без патетики автор спаял воедино личное и общественное, шпионский детектив и мелодраму с любовным треугольником. От интимного разговора человека с самим собой с самим собой без прикрас и утайки до обсуждения, наверное, самой глобальной и ужасной темы - войны.

Герой книги уже не молодой репортер Томас Фаулер, он испытал многое в жизни и его кредо - оставаться нейтральным. Тут надо сделать небольшое отступление, герой подчеркивает, что он не корреспондент, а именно репортер, всегда думала, что это синонимы, а выходит - нет, репортер просто передает информацию как свидетель, а корреспондент каким-то образом информацию обрабатывает. Так вот, живет себе репортер во Вьетнаме в Сайгоне во время Первой индокитайской войны где-то в 1950х годах. Он убежал от своей английской жены и европейских проблем и пытается существовать на Востоке, где встречает свою новую возлюбленную Фуонг. Через несколько безмятежных лет жизни (если так можно сказать о жизни в Сайгоне, в котором происходит борьба между Францией, красным Вьетминем, религиозными вооруженными сектами Каодай и Хоахао, и беглым генералом Тхе) его мирок рухнул, потому что в Сайгон приехал Олден Пайл - молодой американец, прибывший с экономической миссией. Он нафарширован идеями о третьей силе, о силе демократии от некого Йорка Хардинга, писателя, который был в Сайгоне две недели, но уже сложил свой мнение. Пайл же сложил свое личное мнение еще пребывая в США по книгам Йорка. Он скромен, наивен, верит в добро и это он - тихий американец.

Герой романа проходит трансформацию от репортера до непосредственного участника, кажется, что принятые им решения эгоистичны, но стоит только подумать, на какие страдания обрекает себя герой и понимаешь, что эгоизмом он только сам оправдывал изменения в себе, необходимость переступить через свое кредо. В конец он получает приз от судьбы, который, возможно, поможет ему опять улечься на дно и постараться быть нейтральным репортером.

Удивительно, но факт - упоминание об этом романе я встретила в книге Юхана Смуула "Ледовая книга" и он так интересно написал про этот роман, что я, конечно, решила его прочитать. И я не пожалела, потому что это немного нетипичная книга. Она выбивается из жанров, то ли детектив, то ли любовный роман, то ли военная проза; и композиция совершенно необычная. Хотя к последнему мы уже привыкли - сейчас очень любят поступать точно так же, как и Грин - сначала финал, потом повествование отматывается в обратную сторону и временная шкала нарушена постоянными скачками во времени и флэшбеками. Нет, читатель не путается, его с самого начала ставят перед тем, что совершится и дальше будет идти расследование финала. Но.... но рассказчик ненадежный, он пытается быть объективным и соблюдать нейтралитет.

Он - англичанин и слишком стар и циничен, чтобы вызывать восторг у молодых, но при этом я его прекрасно понимаю и вместе с тем осознаю, что цинизма то у меня прибавилось, какие бы розовые очки я не надевала. И в противовес ему юный американец, полный того самого розового оптимизма, вооруженный мудростью из книг и уверенный, что миру есть какое-то дело до его сомнений. Он выглядит как Дон-Кихот - последний рыцарь в этой мятежной стране, он уверен в том, что всё должно быть по правилам и по справедливости. И вот встретились два таких разных человека, говорящих на одном языке, но с трудом понимающих друг-друга и в таком месте, которое раем не назовешь - Вьетнам, война и полная неразбериха. Они стали друзьями, но между ними выросла преграда в виде прекрасной женщины, которая не хочет выбирать, да и не представляет себе, что такое вообще нужно. И вроде бы это книга о соперничестве двух мужчин за одну женщину и это так, но и немного больше. Точнее, гораздо больше.

Два западных человека встречаются на Востоке, где даже воздух другой и оставить свои старые привычки уже чрезвычайно сложно. А вот образ мыслей - гораздо легче, да и пытаться подстроить остальных под него - достаточно легкая задача. И вот ты уже диктуешь условия и распоряжаешься судьбой целого народа. Колониализм или демократия, что такое любовь и может ли женщина сама за себя принять решение, сколько стоит спокойствие и есть ли жертвы на войне - эти и не только вопросы встают в разговорах между двумя героями, а между ними - молчаливая и прекрасная вьетнамка Фуонг, похожая на орхидею - стойкая и прекрасная.

Но по мере чтения мы видим, как рыцарь приоткрывает своё забрало, в котором виден не просто наивный человек, а наглец, который ищет свою выгоду и не скупится на жестокие меры. И как циник оказывается совсем не тем, кем казался. И вот роли поменялись - а война всё идет. И у нее нет конца, она будет всегда и в этих условиях нельзя применять обычные стандарты. Или можно? Или даже нужно?

В книге почти ничего не происходит, это больше похоже на дискуссию молодости и опыта, Англии и Америки. Столкновение двух противоборствующих стихий на чужой земле, где ни у кого из них нет преимуществ. Но именно этот разговор и был мне интересен, а действия создавали дымовую завесу, скрывающую то одно, то другое. Она периодически рассеивалась и в беспощадном свете солнца можно было разглядеть героев без прикрас. Вот циник, слишком переживающий за свой нейтралитет и принявший трудное решение. А вот романтик, считающий женщин кем-то вроде богинь, но спокойно изготавливающий бомбы для... Опасная наивность и жестокая реальность сошлись в одной точке и кто проиграет - остаётся только гадать, хотя результат вполне предсказуем - победителей в такой схватке не бывает.

«В желтой жаркой Азии не видать идиллий…» Почти В.С. Высоцкий

Двое мужчин, несущих бремя белого человека. Так случилось, что тот, кто помоложе, спасает жизнь тому, кто постарше. Разумеется, между ними молодая женщина из местных. Сначала она с тем, кто старше, потом переходит к кому, что моложе. Кроме молодости он предлагает ей и любовь, и брак. Для более старшего (ему 50) она – эмоциональная отдушина: кого-то «нужно» любить, кому-то «нужно» открывать душу, когда уж совсем тяжело.

Тот, что моложе, не искушен ни в любви, ни в жизни. У него лишь книжные представления о жизни и о своей миссии – нести свет демократии туда, куда её луч ещё не проник. Он поможет этому лучу. С помощью американской химической промышленности, изготавливающей прекрасную взрывчатку.

Чем заканчиваются отношения в треугольнике? Тот, кто спас жизнь другому, предается этим спасшимся и теряет не только женщину-цветок – куда ветер подует, туда она и склоняется (без тени осуждения – об этом поговорим в «Добром человеке из Сычуани» Брехта), но и жизнь. Его убивают. Ну что ж, британский лев зрелого возраста, этакий лев зимой, делает свой нравственный выбор и дает пример другим, подрастающим львам, уже американским. Но радость одна не ходит: из метрополии приходит письмо, в котором жена пишет о том, что дает ему развод. Ура-а-а!!! Финита.

Остается добавить, что вокруг Bellum omnium contra omnes: вьетнамские партизаны против колонизаторов-французов, молодой лев – США – против старых львов – Англии и Франции. Уставший от собственного многовекового величия британский лев – журналист Томас Фаулер, состарившийся гальский петух – безликие французские колониальные чиновники; подрастающий, без предрассудков, с незапятнанными пока лапами американский лев – тихий американец Олден Пайл. Да, есть ещё женщина-цветок – Фыонг – Феникс в переводе.
Книга – к обязательному прочтению. Памятник целой эпохи и поколению, памятник, созданный отличным писателем.

Действие романа происходит во времена Первой Индокитайской войны, когда Франция при поддержке США пыталась восстановить свое колониальное господство во Вьетнаме. Основной противоборствующей силой являлась прокоммунистическая военно-политическая организация Вьетминь, созданная Хо Ши Мином. Война имела не только национально-освободительный характер, тут столкнулись интересы разных идеологий и далеко не все вьетнамцы поддерживали Вьетминь.

Существовала так называемая «третья сила», воюющая как против французский войск, так и против Вьетминя. Её основу составляла религиозная организация Каодай, имеющая большое влияние на юге Вьетнама.

Повествование ведется от лица репортера английской газеты Томаса Фаулера. Он ненавидит войну и в какой-то степени его можно назвать беспристрастным наблюдателем, он не принимает чью-либо сторону, а пытается максимально точно фиксировать события. Уже два года он живет с вьетнамской Фуонг, он даже не прочь на ней жениться, но этому есть непреодолимое препятствие в виде английской жены, которая по религиозным мотивам не желает давать развод.

Однажды Фаулер знакомится с сотрудником миссии экономической помощи американцем Олденом Пайлом, который сильно отличается от своих крикливых соотечественников, за что и получил прозвище «тихий американец». Пайл одержим идеей демократии, у него четкие и раздражающие Фаулера представления о том, что делают Соединенные Штаты ради всего основного мира. Будущее Вьетнама он видел в победе «третьей силы», свободной и от коммунизма, и он колониального наследия, Пайл называл ее национальной демократией. Остается только найти лидера и всячески его поддерживать, тем более, что такой лидер существует, это один из полевых командиров Каодай генерал Тхе.

Пайл смотрит на мир исключительно через призму идей, живущих в его голове. Он будто бы не замечает действительность, которая не ложится на его картину мира. Такой подход может сделать из человека опасного фанатика. Даже видя ужасные последствия своих действий, Пайл остается верен своим взглядам.

На фоне драматических событий в стране разворачивается личная драма героев. Пайл с первого взгляда влюбляется в Фуонг и собирается на ней жениться. В свойственной себе манере Пайл видит оправданность своих действий, в первую очередь объясняя это благом для Фуонг, хотя с чего он взял, что все обернется именно так.

Роман интересно структурирован, он начинается с конца, а затем перед читателем постепенно разворачиваются события, приведшие к этому самому концу. В небольшом по объему произведении автор сумел искусно переплести любовь, войну, политические игры. Но в первую очередь это все же история о судьбе страны, которая переживала тяжелый период своего становления.

Книга о войне и политике. Говорят, что еще и о любви, но не соглашусь. Любовный треугольник здесь просто политическая метафора.
Английский журналист Фаулер, немолодой, консервативный, не могущий сделать счастливой свою девушку-вьетнамку, но и не отпускающий ее. Как и его страна, когда-то имевшая много колоний, не желающая отказываться от своего господства, но уже не справляющаяся с ним.
"Тихий американец" Пайл, молодой, действующий с детской жестокостью, с незамутненной уверенностью, что цель оправдывает средства, что именно его правда самая правильная, а если что, то все можно свалить на коммунистов. Он хочет жениться на Фуонг, забрать ее себе.
И Фуонг, девушка-вьетнамка, выбирающая кому себя отдать , Фаулеру или Пайлу, Англии или Америке.
Грэм Грин пишет достоверно и не банально, но мне оказалась совсем не близкой и не интересной тема, так что мне не очень понравилось. Хотя о знакомстве с автором не жалею.

Бывает такое, что читаешь книгу, она вроде как нравится, вроде как глубокая, мудрые мысли наличествуют, психологические портреты верны, герои живые, им веришь, — но не твоё. Стиль письма, нюансы смысла, диалоги, сюжет, самая фабула и канва повествования, временной промежуток, окружающие события не укладываются в личную систему ценностей. Мысли автора верны, но их подача оставляет равнодушным, трогает только мозг, но не задевает чувственную сторону, не вызывает сопереживаний.

Стоит отдать должное Грину и его умению манипулировать привязанностью читателя. Кому симпатизирует читатель в конечном итоге? Идеалисту, глупенькому и правильному мальчику Пайлу или стареющему цинику Фаулеру? Не всё так однозначно, ибо Грин чётко разбивает роман на два лейтмотива: любовный треугольник с участием Фуонг и события вокруг раннего этапа войны во Вьетнаме.

Что могут предложить вьетнамской девушке два совершенно разных европейца? Или иначе, зачем этим европейцам азиатская девушка? И чего она сама хочет? Легче всего, но одновременно труднее ответить на последний вопрос: Грин не оставляет читателю зацепок о характере Фуонг, помимо её "загадочной азиатской души" и её меркантильной сестры. Ни Фаулер, ни Пайл не говорят с ней на одном языке, не понимают её: Пайл буквально, а Фаулер не может проникнуть в её мысли. Вроде бы, девушка под влиянием сестры должна выбрать себе обеспеченное европейское будущее. Но почему она так долго не покидала Фаулера, когда намерения Пайла стали так очевидны? И почему в конце-концов покинула? Потому ли, что всё-таки лелеяла надежду выйти замуж за Фаулера и уехать в Англию, хотя Нью-Йорк ей очевидно интереснее, а когда надежда рухнула, всё-таки предпочла более стабильную перспективу? Или ей было всё равно, а оставалась с Фаулером она только по привычке? Её слабо прописанный образ оставляет много вопросов, ответы на которые можно лишь угадывать.

Фаулер, стареющий, циничный, женатый, но одинокий репортёр без любви к Англии и без желания возвращаться домой. Два года, до появления Пайла, он жил с Фуонг, пользовался её телом, её услужливостью, её молчаливым и лёгким согласием со всем. Идеальная любовница и жена без лишних вопросов и рассуждений. Возможно, её внутренний мир богат, или же за молчаливостью скрывается обычная падкая до денег простушка — Фаулер о том вряд ли когда-нибудь узнает. Любит ли он Фуонг? На свой, "этапный" манер, да. Как любил когда-то жену и недавно брошенную женщину в красном халате. Страх одиночества в старости, поиск идеальной возлюбленной, притягательность непознанного Востока — и Фаулер останется с Фуонг; но останется ли он во Вьетнаме или вернётся в опостылевшую Англию? Это осталось за рамками романа, и хотя под конец уже ничто не мешало ему вернуться, мне бы хотелось, чтобы он остался; по крайней мере, во Вьетнаме он был хоть как-то счастлив.

Знаете ли, Пайл даже более схематичен, чем Фуонг; несмотря на всю проработанность героя, он остаётся схемой, созданием инженера. В Фуонг много недосказанности, образ её туманен, но он живой, читателю есть, над чем развернуть работу мысли и воображения, пытаясь понять её характер. Но Пайл — человек ли он? Чем он показывает свою человечность, где хоть малейший эпизод, когда он вёл бы себя не как идеалистическая машина с запрограммированными мозгами? Спас жизнь Фаулеру и влюбился в Фуонг? Объективно, Пайл богат и мог бы предложить девушке безбедную жизнь в США, гору детей и вообще "американскую мечту". Однако, это отлично вписывается в его промытый юношеский мозг и схему поведения "настоящего американца". Уверен, в детстве он был пай-мальчиком, первым бой-скаутом и вообще не мастурбировал. Это не человек, это идеалистический образ; такую "правильную" нацию хотели создать фашисты.
И теперь Пайл несёт свои, а по сути совершенно чужие и умозрительные, представления о правильном и должном на Восток. Ну что ж, Восток его и поглотил, ибо такие люди-схемы нежиснеспособны, рано или поздно ломаясь о действительность. Фаулер больший человек, он хотя бы обладает состраданием и не "чистит обувь от крови перед визитом к атташе".

Представьте себе со всех сторон положительного юношу, который не состоял, не привлекался и законы не нарушал. Почтительного сына, любящего человека, вежливого собеседника, романтика, не мыслящего отношений между мужчиной и женщиной без брака, и обязательно патриота – куда же без этого? Может ли такой со всех сторон положительный человек быть членом террористической организации?
Да запросто.
Если будет фанатиком.
И хуже всего – наивным фанатиком.
Таков тихий американец Олден Пайл.
Когда-то он начитался трактатов о цивилизаторской миссии Запада и вот – полез насаждать демократию и защищать несчастных вьетнамцев от «красной угрозы». О том, что такая вот демократия вьетнамцам не нужна, а все его действия бьют не по коммунистам, а по женщинам и детям, он даже не думает, даже тогда, когда его тычут в жертвы носом. «Он был покрыт непроницаемой броней благих намерений и невежества», заметил о Пайне журналист Томас Фаулер, который был ему… нет, не другом, даже не приятелем, но гораздо более близким человеком, чем просто знакомым.
История изложена так, что напоминает детектив. Пайл убит. Ведётся расследование. Это полиция его ведёт. А Фаулер восстанавливает по крупицам всё, что было ему известно о тихом американце и его двойной жизни.
По сути, именно Фаулер – главный герой этой истории. Это человек, на пути которого встретился фанатик. Теперь он стоит перед выбором: сделать вид, что ничего не происходит и спокойно жить частной жизнью – или попытаться его остановить. При этом он понимает: переубеждать фанатика бесполезно, а прибегать к закону бессмысленно.

Замечательно!
Война, журналисты, шпионы и любовный треугольник.
И это только на поверхности.
Вьетнамская фронтовая жена (это профессия) Фуонг выбирает с кем ей удобнее остаться - с английским журналистом Фаулером или с американским шпионом Пайлом.
Англичанин не молод, не богат и уже женат. Американец молод, из богатой семьи и обещает жениться.
Эти три персонажа удивительно точно олицетворяют свои страны.
Но кроме поверхности можно посмотреть и поглубже. И увидеть четвертого персонажа - это китайский старьещик Хен. Он не кричит, не воюет, не добивается любви. Но это сам Китай. И именно он выигрывает. Причем так, что этого никто не замечает.
Гениальная книга.

С точки зрения политики и истории - достоверно, полезно, познавательно, раздороразжигательно, заслуженные 4+.
С точки зрения литературно-художественной - скупо, грустно, тоскливо и вообще не пойми о чем: то ли расследование убийства, то ли сопли и мои "любимые" пиз..страдания - спасибо и за 2.
С точки зрения детектива - на 3 тянет, хотя бы тем что название книги - кодовое имя трупа.
Вот и получаем среднее значение.

И как и у Пелевина, у автора странное жжжелание ввернуть в текст французскую речь. Но если Пелевину я готова многое простить, то Грэму Грину - нет. Еще и потому, что Восток - дело тонкое и совершенно далекое от моего понимания и созвучия. (Хмм.. хотя один из тестов соц сетей на днях вдруг выдал во мне любознательную жизнерадостную японку.)