Книжный вызов 2020
LyudmilaPleshkova
- 218 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Отличный рассказ, история стран и революций "глазами" гобелена.
Опубликован в 1928 году. В это время автор, уже 5 лет как снова вернулся на родину и решил жить в СССР.
Мастерский рассказ.
Сюжет.
Старинный гобелен с изображением королевы франции Марии-Антуанетты, вспоминает свою историю, после того, как уходят последние посетители музея. Которой больше 100 лет.
История глазами гобелена.
Отличный ход придумал Алексей Толстой в этом рассказе, он тут даже не рассказчик, и тут нет каких то героев. Это всего лишь гобелен, а что он там говорит. Что взять с гобелена.
Этот Толстой мне нравился больше, чем Лев Толстой, имею ввиду не человека, а как писателя.
Золотой ключик, Петр 1 и Хождение по мукам - очень нравились. А так же фантастические рассказы Аэлита и Гиперболоид инженера Гарина. Очень нравились в свое время. Еще Детство Никиты, почти что автобиография сына автора.
Отлично писал и читалось легко. Этот рассказ, тоже не стал исключением, причем рассказы А.Н. Толстого раньше не читал. В библиотеке родителей не было, а сам не искал. Не помню рассказывал где то в отзывах или нет, но рассказы, не очень любил и считал, что это какие то незаконченные книги. Книга должна быть одна и большая, читаешь и сопереживаешь, считал я тогда. Рассказы воспринимал на уровне сказок или былин, только менее интересными.
Но время бежит и вкусы и предпочтения меняются. Все же моя рассказанная диета, привила мне вкус к ним.
Так вот рассказ начинается, как посетители уходят из дворца-музея. Одевают шубы и уходят в морозный вечер.
А гобелен начинает свою историю.
В этом рассказе у Алексея Толстого идут переключения с одного времени на другое, блоки информации подаются кусочками и мы прыгаем с одного времени в другое.
Отличный такой ход, как будто бы монтажер склеил кадры и мы смотрим кино.
Скорее всего про этот Гобелен Марии Антуанетты рассказал в своем рассказе автор.
Гобелен созданный по картине по картине "Королева с детьми, 1787 г." художницы Элизабет Виже-Лебрен. Только у Алексея Толстого, не было детей. А был скорее портрет Марии Антуанетты .
Примечательно, что в рассказе автор показывает двух женщин, королеву франции и императрицу российской империи, которые жили в разные времена, но судьбы у них были схожие.
Одна была принцессой Австрии и умерла в 37 лет, а вторая дочь герцога и любимая внучка королевы Англии Виктории, умерла в 46 лет.
Так же тут в рассказе, их портреты висят даже друг на против друга.
Автор рассказывает сразу несколько историй, судьбу жен двух монархов, двух стран, и гобелена, а так же частично историю девушки Елизаветы Рох.
Гобелену повезло больше всех.
Автор, как мне показалось, не очень любит революции, но так же он не очень хорошо и относится к двум героиням рассказа. Не знаю, действительно ли он так чувствовал или же потому, что свой рассказ уже в СССР сочинял, это еще было до различных гонений на писателей, но всё же, думаю не мог открыто свое мнение высказывать. Даже через историю гобелена. А может действительно ему не нравились эти женщины, точнее, то что они были женами монархов своих стран. И не повлияли на своих мужей. Не знаю, трудно сказать. Все же рассказ со слов гобелена, и он содержит лишь факт с минимумом эмоций.
Одно время любил читать книги и различные исторические материалы по французской революции. Которая была первой, но не последней. Толстой очень хорошоу тут показал, вначале одни сидели и плевали на народ, потом другие и пришли еще одни. Я лично не согласен с тем, что казнили короля и Марию Антуанетту. Но с другой стороны, монархия во Франции изжила себя. Они перестали обращать внимания на свой народ.
Вспомните сказки в стиле Мальчика с пальчика. Где голодные родители отвели своих детей в лес. А ведь она была написана еще за 100 лет до того, как Марие Антуанетте голову отрубят на площади.
Тогда народом в общем то как и всегда воспользовались, голодные бунты и людей поднять особенно во франции было не сложно.
Великая Французская революция шла 10 лет. Причем Король возможно и мог бы еще выкрутиться, затаись он на время. Ведь, какое то время он был конституционным монархом. Но думал, как бы выкрутиться. Но увы не получилось. Король был казнен, 21 января 1793 года взошёл на эшафот.
Знаете, а ведь действительно, так и есть. Его вина была лишь в том, что короли привыкли жить на широкую ногу, и страной управляли не они. Мне понравилось описание короля в рассказе.
Ему даже до своей жены дела не было, не говоря уж об стране. Казнь это плохо, но времена были такие, оставь его в живых, всегда есть вероятность, что тот станет символом.
А его жена Мария Антуанетта. Мне понравилось, как в фильме от 2006 сыграла Кирстен Данст.
Пожалуй там она передала весь её образ. Может только грудь была не такая. Как описал, это в рассказе Толстой.
Хотя он описал её с одной стороны точно, а с другой слишком грубо, 37 лет это не старость и Она выглядела отлично. Но он почему то слишком критично описывает её и Александру Федоровну, жену Николая 2.
Мария Антуанетта, вела разгульный образ жизни, в дела мужа не лезла, да и он не особо её туда пускал. Играла в карты и проигрывала огромные суммы. Постоянно искала деньги на свои развлечения, а так же платья и драгоценности. Содержать такую королеву обходилось дорого французскому народу.
С Людовиком 16 у нее было 4 детей. Был наследник, и муж и жена охладели друг к другу. У Короля были фаворитки, и говорят у нее был тайный любовник Аксель фон Ферзен , которые пытался спасти её.
Её с одной стороны жаль, ведь всё, что там ей на суде приписали полный бред. Но она и подобные ей дворяне вели роскошную жизнь, при этом не думая от куда и как берется средства. Вот как Толстой пишет.
Только кроме замков еще выдаивали до последнего своих крестьян.
Марии Антуанетте приписывают фразу "Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!" - скорее всего это выдумка, но это вполне в духе того времени. Правильная фраза звучит так «Qu'ils mangent de la brioche — букв. «Пусть они едят бриоши». Бриоши - это сладка булочка, а не пирожное.
Как бы то ни было, мне жаль, что с ней поступили так. Особенно примечательно, что на суди и на эшафоте она вела себя очень сдержано и с самообладанием.
Представьте, площадь толпа. Вы понимаете уже всё, вот она гильотина. И вам конец. Это страшно.
Толстой изобразил её блеклой и старой. Опустившийся. Но на деле она до последнего искала, способы, как выкрутиться.
А потом на эшафоте, она сама зашла туда и потом сама легла. И тот состриг все волосы.
А как заходила наступила случайно палачу на ногу.
И сказала свои последние слова, извинилась за свой поступок «Простите, месье, я не нарочно»
Грустно.
Отличный рассказ, атмосферный или даже просто видишь все перед глазами. А еще, так же те кто сверг Короля, потом сами пострадали. Так всегда бывает, "революция пожирает своих детей" - сказал Жорж Жак Дантон перед своей казнью. Которого казнили свои же товарищи. Эта фраза актуальна и сейчас.
Тот же Робеспьер, которого упоминает в рассказе Толстой. Так же был съеден.
А так же многие другие лидеры Великой французской революции. Только с приходом Наполеона более менее все стихло. И то не надолго.
А еще меня в рассказе поразило, то как платье на гобелене стало красным. Как девушку на этом гобелене изнасиловали и её кровь попала гобелен.
Это конечно придумка. Но автор хотел показать, что революция уже была на подходе. Красный флаг, точнее алый от крови. Уже подымался. И там во Франции и потом в Санкт-Петербурге.
Думаю если бы сейчас, кто то еще решил дописать этот рассказ, дополнив историю, то написал бы, как убивали потом и тех революционеров, что делали революцию и в Российской Империи, а потом Рассвет и Закат СССР и прочее. Гобелен видит и помнит всё.
Отличный рассказ.
Всем спасибо, кто прочитал и обратил внимание.

Рассказ "Гобелен Марии-Антуанетты" ведётся от лица неодушевлённой вещи - того самого гобелена. В нём очень сильно ощущается мистицизм Алексея Николаевича. История "кровавого" подарка французского президента Лубе русской императрице Александре предвосхищает трагические исторические события в России. Как и Мария-Антуанетта последняя заканчивает свою жизнь насильственной смертью. Но со стороны рассказчика её гибель не вызывает чувства сострадания, равно как и её венценосного супруга. Достигается же подобный эффект Толстым душераздирающей историей безвестной девицы Елизаветы Рох, единственным "сокровищем" которой являлось целомудрие. И именно на это "сокровище" и покусился директор фабрики... Невзирая на тщетные попытки Елизаветы избегнуть насилия этот изверг совершил своё злодеяние. Правда для достижения своей цели ему пришлось жестоко избить сопротивлявшуюся девушку:
"Когда за хлопнувшей дверью затихли шаркающие шаги, в мастерскую вошли женщины. Они увидели Елизавету в изорванном платье, лежавшую без сознания на макете. Платье королевы цвета сливок было залито кровью. У Елизаветы было разбито лицо. Ее унесли. В тот же день контора вышвырнула ее с фабрики..."
После этой истории совершенно иначе воспринимается и "якобинский террор" и события 1917 года в России.
Ибо ничто на Земле не проходит бесследно... И для свершения "святой мести" поруганная Елена Рох возвращается автором к жизни...
События Великой буржуазной французской революции в рассказе у Толстого тесно переплетаются с новейшей Российской историей...
Скупо, и с едкой насмешкой обрисовывает Толстой в этом рассказе чету последних российских самодержцев:
"Царь и царица не любили развлекаться на людях, -- им и дома было хорошо. Кроме как по делу, у них мало кто бывал: придет любимая фрейлина, поцелует ручку; или позвонит по телефону, попросится приехать один бродяга из бывших конокрадов, духовный мужичок: явится -- в поддевке, в лаковых сапогах, -- поцелуется со щеки на щеку, сядет и врет, что в голову влезет, щуря продувные зенки, а царь и царица молитвенно глядят ему на масленую бороду, не смеют моргнуть.
Когда хотелось выпить, царь шел в офицерское собрание. Звали полковых трубачей, пили, закусывали, а на следующий день он потихоньку от царицы вздыхал, держась за голову. Правда, он не вытачивал табакерок подобно Людовику французскому, но зато удачно занимался фотографией, или, мурлыкая что-нибудь однообразное, играл сам с собой на бильярде, или почитывал рассказы Аверченки, прыская со смеху. Он любил в час сумерек стоять с папиросой у окна и смотреть, как льет мелкий дождик на елки и кусты, за которыми сидели, боясь обнаружиться, веснушчатые сыщики из охранки, в котелках, надвинутых на уши.
Царица на своей половине вышивала салфеточки и думала, думала, сдвинув брови, о многочисленных врагах, о нераскрытых кознях против ее семьи, о неблагодарном, распущенном, скандальном народе, Доставшемся ей в удел, о несчастном характере мужа, не умеющего заставить себя уважать и бояться. Иногда, опустив вышивание, она зло постукивала наперстком по ручке кресла, и невидящие глаза ее темнели. За ширмой на столике стояла чудотворная икона с колокольчиком; часто, опустившись перед ней на колени, она молилась, ожидая чуда, когда сам собой зазвонит колокольчик.
Согласитесь сами -- не весело летели годы в Александровском дворце. И совсем уже стало мрачно, когда царь и наследник уехали на войну, а царица надела полотняную косынку и серое платье с кровавым крестом на груди. В Версале весело по крайней мере пожили перед смертью -- было чем помянуть прошлое, когда палач на помосте гильотины скручивал руки и резал волосы на затылке. А здесь? Будь у меня скулы -- свернула бы их со скуки. Стоило этим людям мазаться мирром, чтобы существовать в таком унынии и всеобщей ненависти!
И вот, с некоторого времени я заметила, что царица стала как-то дико на меня коситься. Остановится, стиснув на животе руки, и низенький лоб ее собирается в гневные морщины, будто она силится что-то понять и что-то преодолеть. За переплетами окон сыплет снегом декабрь, на котелках сыщиков, дующих в кулаки под кустами, белеют сугробчики. И царица ходит, ходит, раздувая ноздри от бессильного гнева. Увы, у нее не было власти повесить хотя бы даже председателя Государственной думы. Враги -- повсюду; все ощетинилось против нее.
В одну из таких минут она получила известие, которое сломило ее: духовный мужичок, ее единственный друг и руководитель, был найден под мостом в проруби -- связанный и с проломанным черепом. Об этом сообщила ей любимая фрейлина, упав в отчаянных слезах на ковер. Царица мертвенно побледнела, пошатнувшись -- прислонилась негнущейся спиной к моему багровому платью: "Мы погибли, некому больше предстоять за нас перед богом", -- сказала она. В сумерки, одетая в черное, в черном платке, опущенном на лицо, она незаметно пробралась между сыщиками, и я долго видела на снегу ее удаляющуюся фигуру: она шла рыдать над гробом духовного мужичка, тайно привезенного из Петербурга в уединенное место, в деревянную часовенку..."
Под "духовным мужичком" у Толстого явно угадывается загадочная фигура Григория Распутина. Более же всего поражают слова императрицы Александры - "Мы погибли, некому больше предстоять за нас перед богом". Ведь по сути она из этого "духовного мужичка" сотворила себе кумира, всецело предаваясь его воле.
А ведь в Писании явно сказано - "Не сотвори себе кумира". Тем самым Толстой подводит читателя к мысли об оправдании крови, оправдании революции, к тому, что свою трагическую участь "власть предержащие" уготовали себе сами, своим жестокосердием и не милосердием. На мой взгляд, Алексей Николаевич в своём рассказе проиллюстрировал знаменитое высказывание Мартина Лютера Кинга о том, что "ненависть порождает ненависть, насилие порождает насилие, и жестокость порождает жестокость..."

Этот рассказ раскрывает картину реально происходивших исторических событий. Рассказчиком становится не книга , и не человек, а антикварный гобелен.
Со временем некоторые вещи приобретают ценность культурную, художественную, и историческую. Старинные вещи заключают в себе особую магию. Считатается, что они становятся продолжением людей и несут энергетику своих создателей или владельцев.Чем дольше существует вещь, тем насыщенней будет её история и сильнее будет её энергетика.
Гобелен,с вытканным на нем портретом француской королевы Марии-Антуанетты, сейчас украшает стену музея, но с удовольствием расскажет свою двухсотлетнюю историю с самого момента создания, в котором уже кроется тайна.
Цвет платья царственной особы, необычен для стиля королевы.
Ее одежды окрашены кровью юной художницы Елизаветы Рох, а значит гобелен несет часть ее души.
Ковер пережил две революции, совершенных в разных странах, разделенных расстоянием и полуторовековой давностью.
Но у этих исторических катаклизмов много серьезнейших совпадений. Обе революции носят название " Великая", и следствием их деспотизма стало уничтожение королевской власти во Франции и самодержавия в России.
Совсем неслучайно, а в предчувствии своей трагической судьбы, русская императрица ,чьи покои украшал гобелен, подолгу вглядывалась в лицо казненной Марии Антуанетты.
Так трагические судьбы трех женщин искусно вплетаются в давнюю реальность, создавая тревожную атмофсеру эпохи.
Рассказ старинного гобелена открывает завесу над страшными событиями истории.
Талантливый писатель, находясь в сложных обстоятельствах ,смог правдиво рассказать об ужасах революций, так увлекательно и необычно. Отличный рассказ.

Я не старею и не увядаю, как женщины, проходящие в моих воспоминаниях, как те две повелительницы народов, которым я принадлежала.

Я видела, как тележка остановилась. Стало тихо. На помосте произошла короткая суета, метнулся белый чепец. Надрываясь, все громче, страшно затрещали барабаны, и бликом света скользнул вниз по перекладинам треугольник топора. Над толпой в чьей-то вытянутой руке повисла голова королевы...

Жизнь, по всей вероятности, не прощает уходящих от нее фантастов, мечтателей, восторженных. И цепляется за них и грубо толкает под бока: "Будя дремать, продери глаза, высоко занесся..."
Назвать это мудростью жизни - страшно. Законом - скорее. Физиологией. Жизнь, как злая, сырая баба, не любит верхоглядства. Мудрость в том, чтобы овладеть ею, посадить бабу в красный угол в порядке, в законе...












Другие издания
