Нездешний цвет

Есть в США регион, именуемый Новой Англией, на самом деле это - самая старая Америка, она начиналась именно отсюда, из этих штатов: Массачусетс, Вермонт, Мэн, Коннектикут, Нью-Гэмпшир и Род-Айленд. И еще, благодаря творчеству уроженца одного из этих штатов, а конкретно - Род-Айленда, Новая Англия стала чуть ли не самым ужасным местом на земле, такой концентрации "ужасных" точек на столь малом пространстве нет больше ни где.

Вот и в очередной повести дело происходит снова в Новой Англии - в Массачесетсе, недалеко от никогда не существовавшего в реальности города Аркхема. Речь идет о посещении Земли некой инопланетной сущностью, или, может, правильнее сказать - субстанцией. В какой-то степени этот рассказ предвосхищает "Пикник на обочине" Стругацких. Конечно, философские аспекты тут пожиже будут, ну так Лавкрвфт и не пытается философствовать, его дело - нагнать ужаса, что ему, как всегда, блестяще удается.

Хотя, поправлю сам себя - всё же рассказ не так прост, и во многих вещах по настоящему революционен для своего времени. Я не знаю, пытался ли кто-нибудь из фантастов до Лавкрафта изображать инопланетный разум, как некую, непостижимую человеком, сущность. По-моему именно Лавкрафт первым отказался от антропоморфности носителей иного разума, подав идею будущим авторам, среди которых окажутся Стругацкие и Лем. Даже неясно, обладала ли "цветная" сущность разумом в нашем - человеческом - понимании, или же это была какая-то колония простейших, а может "сложнейших" микроорганизов (а, может, и не микро), паразитирующих на биологических объектах, что-то вроде грибковой плесени. Тут нельзя не вспомнить повесть "Шепчущий во сне", там носителями разума были грибы, здесь, возможно грибки - Лавкрафт экспериментирует.

В рассказе описано некое вещество, которому нет места в нашей земной системе химических элементов. Ученым так и не удалось выяснить природу материала, из которого состоял злосчастный метеорит. Вещество это вело себя вопреки всем земным физическим законам, однако вскользь Лавкрафт намекает, что, возможно, оно прибыло из мира, где жизнь основана не на водороде, как основном элементе обмена, а на кремнии, об этом говорит факт, что кремний был единственным элементом, вступавшим с неведомым веществом в контакт. Идеи о кремнии, как возможной альтернативной основе жизни, высказывалась учеными задолго до Лавкрафта.

Неведомое вещество, естественно, дает в спектре неведомый цвет. Я не физик и не химик, но мне кажется, что здесь Лавкрафт явно вступил в противоречие с наукой. Но, не вникая в тонкости спектрального анализа, а говоря только о возможностях человеческого глаза, нам придется признать, что описанная в рассказе ситуация в принципе невозможна, глаз в состоянии принимать только определенные волны, все возможные оттенки которых хорошо известны. Если же инопланетная сущность и излучала некую ультра или инфра волну, она бы, все равно, осталась вне зоны нашего восприятия.

В плане же хоррора рассказ вполне на уровне автора, начинаясь плавно и даже скучновато, он переходит в мощное крещендо всепоглощающего нечеловеческого ужаса. Сам Лавкрафт считал этот рассказ лучшим в своем творчестве. И, если о его наследниках этой идеи в фантастическом аспекте я уже упомянул, то в хоррорском это, конечно же, Стивен Кинг с его "Сиянием".

Этой истории очень не хватает Фокса Малдера и Даны Скалли. Ну похоже же на сюжет из стареньких «Секретных материалов» (именно стареньких, не путать с современными, которые так себе). Аж на ностальгию потянуло. Тут тебе и американская глубинка, и семейство фермеров, и гости с неба, и странное свечение, которое из всего высасывает жизнь. Малдер и Скалли точно бы распутали сие.

Непривычный Лавкрафт, говоря простым языком. Обычно-то у него все со щупальцами, с жабрами, с рыбьим душком. Хоть какая-то, пусть неописуемая, но форма есть у прочих его ужасов. А тут настолько неуловимый страх, что вначале даже непонятно, а стоит ли вообще бояться.

Прилетевший из глубин неисследованного космоса метеорит «осчастливил» собою простое семейство. Из Аркхема (что же так не везло этому городу?) потом наезжали ученые, изучали метеорит, чесали затылки, ничего не понимая, – и благополучно укатывали обратно. Отчего-то метеорит не остался местной достопримечательностью, а растворился, скорее всего, ушел в почву.

Соприкосновение с «неправильным» не может не быть болезненным. Местные флора и фауна поневоле становятся подопытными для неестественной внеземной сущности. Разумные люди уехали бы от такого подальше и забыли бы, как страшный сон. Но герои Лавкрафта удивительно упрямы и не хотят оставлять свою землю. А когда осознают, во что вляпались, отмахиваться и бежать уже поздно.

Мне, если честно, было жутковато. Прослушано было поздней ночью, да еще в полном одиночестве. И я боялась из комнаты выйти – от такого-то. Все-таки лучше Олега Булдакова Лавкрафта не читает никто.

Рассказчиком этой истории Лавкрафт выбирает инженера, отправившегося в Аркхем, чтобы наметить место для будущего водохранилища. Герой был предупрежден, что едет в проклятый край, у которого и название соответствующее имеется – «окаянная пустошь». Поэтому он не очень удивился старым заброшенным фермам. Но почему в них никто не прижился – ни франко-канадцы, ни итальянцы, ни поляки? Оставшиеся в Аркхеме старики не в состоянии рассказать что-либо вразумительное о событиях сорокачетырёхлетней давности, а потому инженер обратился к Эмми Пирсу, которого считали не в своём уме и просили не слушать его бредовые россказни. Основное повествование отдано рассказу Эмми Пирса, бывшего свидетелем необъяснимых и страшных событий, произошедших в «окаянной пустоши» в то время, когда она ещё не была окаянной, а на выжженном сейчас месте находился светлый дом и прекрасный сад семейства Нейхема Гарднера... Началось всё с того, что как-то днём на небо выплыло большое облако, послышались взрывы, над долиной поднялся столб дыма, и рядом с колодцем Нейхема Гарднера упал огромный камень. Метеорит?

Ничего подобного на земле не встречалось, это был осколок мира, наделенный непонятными свойствами и подчинявшийся чуждым законам.

Говард Филлипс Лавкрафт со свойственным ему умением описывать события и виды так, что по коже пробегают мурашки и тело пронизывает холод, пытается дополнить повествование визуальным рядом, ссылаясь на картины Фюссли, пейзажи Сальватора Розы или гравюры, иллюстрирующие готические романы. Признаюсь, что не смогла удержаться и работы названных художников просмотрела. Жутковато. Но куда безумнее выглядело разворачивающееся цветоносное безумство, лишающее воли, сводящее с ума, выпивающее силы, бурлящее и светящееся. Мне понятно нежелание героя возвратиться когда-нибудь в Аркхем, где страх умереть от жажды меньше страха выпить тамошней воды.

Буйный, светоносный хаос разрушал ферму, сгоравшую в его адском огне. Радужная отрава из колодца бурлила, переплескивалась, вытягивалась, уменьшалась и вздувалась зловещими пузырями. От ее космического многоцветья рябило в глазах и захватывало дух.

Фантазии Лавкрафта на тему инопланетного вмешательства в жизнь Земли носят предостерегающий характер. Его «цвет из пространства – пугающий вестник бесформенных сфер за пределами земного мира».