Цитаты из книги Кукольник

Он играл жуткую и прекрасную симфонию боли на струнах нервов, натянутых и дрожащих, вкладывая в музыку все самое темное, таившееся в глубинах души.

«Все мы здесь куклы, — подумал Лючано. — Все скверно одеты. Разница лишь в том, что о нас не забыли. О нас помнит хозяин, добрый, всевидящий, всемогущий хозяин, три вилки ему в печень...»

Прошлое — спектакль. Каждый раз его приходится играть заново.

...насколько мы все любим вымысел.Птица,малыш-альбинос в челноке,чудо-спасение...Иногда кажется,что продадимся с потрохами первому встречному,который предложит сказку поярче,позаковырестей,И,слепые от любви к тому,чего нет,без интереса проходим мимо того,что есть.

Случайные люди часто ошибаются, изрекая истины, похожие на мыльные пузыри — радуга, блики; хлоп — и мокрый пшик.

Завтра — это то, в чем мы зачастую уверены и потому ошибаемся с завидной регулярностью.

Память — страна, над которой не властны киттянские судьи, испуганные навигаторы, всемогущий хозяин и никто во всей Вселенной!

Рождаясь, мы не получаем никакой свободы. Вы, голубчик, еще слишком молоды. Со временем поймете.

Потому что свободу надо уважать. Волю, дорогой вы мой, нельзя кинуть человеку как милостыню. От таких широких жестов воля гниёт и воняет. Свобода, подаренная сверху, — яд. Сколько хороших людей погибло от этого яда!

Но быть диким не значит быть идиотом.

Рабы не в силах нарушить приказ. Можно сколько угодно тешить себя иллюзией свободы выбора — но едва непосредственная угроза для жизни миновала, приказ вновь стал действовать.

Очень смешно, когда человек хочет кричать, а не может. Он тогда багровеет, сипит и делается похож на жабу, надутую через соломинку.

Случайные люди часто ошибаются, изрекая истины, похожие на мыльные пузыри — радуга, блики; хлоп, и мокрый пшик.

Любой человек с такими фобиями и маниями давно угодил бы в психушку. А боги — ничего, держатся.

Одно из достоинств автоматики: она не размышляет, что да как, а действует сообразно обстоятельствам.

Иногда мне кажется, что я не кукольник, а кукла.
Еще держусь на воде.
Еще не утонул.
Знать бы, кто меня одобряет таким образом?

Стиль есть вежливость артистов.

Распутица чавкала под колесами, доедая остатки снега. Деревья на обочине вздымали к небу голые ветви, требуя одеть их в сочную, клейкую зелень, и чем быстрее, тем лучше. Небо отмалчивалось, пряча монетку солнца в карман. Грай ворон висел над головами черной, ощутимо плотной тучей, грозя рухнуть и навеки погрести под собой, в безнадежности сварливого гвалта.

В эти минуты механик выглядел человеком, заслуживающим доверия. Как подсказывал жизненный опыт Карла, именно таким людям следует доверять в последнюю очередь.