Цитаты из книги Завтра конец света

В истории человечества все начинается с мечты. Мечта преображается в рисунок, кривую, диаграмму. Научная фантастика - это смесь науки и мечты...

Люди, оставайтесь людьми!

Нетерпимость к тем, кто иначе выглядит, думает, говорит - одна или тяжелейших бед человечества, одна из причин больших и малых конфликтов, даже войн - из-за различия в цвете кожи, верованиях, даже таких независящих от человека вещей, как национальность. Каких только ничтожных причин не находят люди для злобы и вражды.

Я верю в воображение... самые важные в жизни минуты для подростка те, когда, собираясь заснуть, он смотрит в потолок и видит себя на нем самым замечательным в мире актером, самым замечательным в мире писателем, самым замечательным в мире сапожником или кем-нибудь ещё. О каком именно деле для себя вы мечтаете, не так уж важно: оно всё равно достойное, если вы им по-настоящему увлечены.

Дети, подростки зачастую жестоки потому, что ещё не умеют чувствовать за другого, ощущать чужую боль как свою.

Когда вы знаете законы жизни и любите друг друга, радость приходит и растет сама собой.

Злу всегда противостоит добро и красота, поэзия и мысль, сила человеческого духа.

В тот самый момент, когда ты собираешься сделать зло, сделай добро. Не завтра. Не послезавтра. А именно сейчас. Это мгновение принадлежит тебе. Хватайся за него, как за золотую нить.

Мне всегда казалось: вот придет такой час - так с воплями выбегут на улицу.

– Боишься? – Нет. Я всегда думала, что будет страшно, а оказывается, не боюсь. – А нам вечно твердят про чувство самосохранения – что же оно молчит? – Не знаю, когда понимаешь, что все правильно, не станешь выходить из себя. А тут все правильно. Если подумать, как мы жили, этим должно было кончиться.

Будущее - в настоящем. В каждый настоящий момент мы создаём будущее. И в каждую секунду жизни нам дана возможность творить его.

Создающая сила мечты движет временем и миром.

Война ужасна, но мир подчас куда страшнее.

- Мне всегда казалось: вот придет такой час, и все с воплями выбегут на улицу. - А по-моему, нет. Что ж вопить, когда изменить ничего нельзя.

- [...]Если подумать, как мы жили, этим должно было кончиться. - Разве мы были такие уж плохие? - Нет, но и не очень-то хорошие. Наверно, в этом вся беда - в нас ничего особенного не было, просто мы оставались сами собой, а ведь очень многие в мире совсем озверели и творили невесть что.

- Первой жертвой, одной из первых, был мой телефон. Гнуснейшее убийство. Я запихал его в кухонный поглотитель. Забил бедняге глотку. Несчастный задохнулся насмерть. Потом я пристрелил телевизор! - М-мм, - промычал психиатр. - Всадил в кинескоп шесть пуль. Отличный был трезвон, будто разбилась люстра. - У вас богатое воображение. - Весьма польщен. Всегда мечтал стать писателем.

Пустота - огромный мрачный ткацкий станок - принялась ткать странные нити, голоса сходились, расходились, перекрещивались, определялся четкий узор.

Время не так податливо, как мы думали. Мы пользовались неправильным сравнением. Это не резинка. Это больше похоже на диффузию - взаимопроникновение жидких слоев. Прошлое как бы просачивается в Настоящее.

Сколько лет я работал в полную силу, не худо и отдохнуть, примем для разнообразия абстрактную форму?

- Род занятий? - Пожалуй, меня следует назвать писателем. - Без определенных занятий, - словно про себя сказала полицейская машина.