Эндер в изгнании

– Ты больше всех прочих подходишь на эту должность, потому что меньше всех хочешь ее.

Иногда я разговариваю с Богом, хотя ничего о нем не знаю.

Судья, палач, генерал, бог. Вот чему я обучен. И обучен хорошо – я себя показал. А сейчас я просматриваю в Сети список вакансий и не могу найти ни одной подходящей мне, ни единой, которой бы я подходил. Никому не требуются племенные вожди, ни в одной деревне нет вакансии короля, ни одна из религий не ищет воина-пророка.

Детьми манипулировать легко, когда они абсолютно убеждены в твоей глупости.

Люди не видят, что делает лидер, видят только, как все уважают хорошего лидера. И хотят получить такое внимание и уважение, не понимая, что они должны сделать для того, чтобы этого добиться.

Люди произошли от существ, живущих на деревьях, а не под землёй. И хотя долгое время именно пещеры служили людям убежищем, подозрительность по отношению к ним и вообще всем глубоким тёмным местам никуда не делась, одновременно притягивая и пугая.

В его объятия Алессандра вернуться не попыталась, и он не приглашал. Эндер начал мыслить яснее, когда она оказалась на расстоянии полуметра. Метр был бы еще лучше.

Чего я, будучи в твоем возрасте, не знала - так это того, что между холодной сдержанностью и теми действиями, от которых рождаются дети, есть много промежуточных шагов и этапов. Есть много способов дать понять юноше, что его ухаживания принимаются благосклонно - до определенной черты.

Когда никому нельзя доверять - и я имею в виду никому, - остается семья.

Моногамия раз за разом доказывает, что именно она лежит в основе оптимального социального устройства. Дело не в генах, а в детях: они должны расти в таком обществе, которое мы хотим сохранить с их помощью.