В этом мире даже луковка может стать героем, если у неё доброе сердце и смелый характер!

А кроме того, у меня свои счёты с принцем Лимоном. Его придворный лакей убил моего отца: прихлопнул бедного старика на кухне. Там на стенке до сих пор ещё осталось чуть заметное пятнышко. Иногда я захожу поглядеть на этот памятный мне след и говорю себе: «Когда-нибудь и принца Лимона прихлопнут, да так, что даже и следа не останется».

Действительно, принц Лимон устроил в лесу фейерверк, чтобы развлечь графинь.
Фейерверк у него был особенный. Он связывал своих солдат-Лимончиков попарно и стрелял ими из пушки вместо ракет. Ему казалось это очень забавным зрелищем.
В конце концов синьор Помидор подошёл к принцу и прошептал ему на ухо:
– Ваше высочество, простите меня, но этак вы истребите всю свою армию!
Только тогда принц велел прекратить развлечение, но при этом сказал со вздохом:
– Ах, какая жалость!

Дровосек попытался было спрятаться за деревьями: он знал, что бедняки не должны показываться на глаза принцу, потому что это вредно для желудка и печени его высочества.

В мире больше не случается ничего нового, значит, ничего нового не произошло и сегодня ночью. Это только в кино каждые десять минут происходят какие-нибудь приключения.

На что мне этот орех, да и все орехи в мире! Я бы хотела снова быть в моём родном лесу, прыгать с ветки на ветку и швырять кокосовые орехи прямо в голову какому-нибудь путешествующему бездельнику. Для чего ж тогда и растут кокосовые орехи, если в лесу нет обезьян, которые бы могли запустить орехом в чью-нибудь голову? Нет, я спрашиваю вас, для чего же нужны путешественники, если некому стукать их кокосовыми орехами по голове?

В лесу не лучше, чем в клетке, а в клетке не хуже, чем в лесу… Не знаю, прав я или нет, но мне кажется, что каждый должен оставаться на своём месте…

Я ещё не спал. Я пытался отгадать, что может сниться моему сторожу. По снам можно узнать, хорош человек или дурён.

Помилуйте! Эту воду очистили и процедили два знаменитых профессора. Микробы они оставили себе, а воду дали мне за то, что я починил им туфли.

– Простите меня, ваше высочество, я невиновен!
– Плохо, очень плохо, синьор адвокат! Если бы вы были виновны, я бы вас сейчас же освободил. Но если вы ни в чём не виноваты, то ваше дело принимает весьма дурной оборот.

С этого дня события понеслись с неслыханной быстротой – одно событие за другим. Поспешим и мы: дни летят, как листочки отрывного календаря, пробегают недели, а мы едва успеваем что-нибудь разглядеть.

- Найти кровать невооружённым глазом может каждый, но сыщик-специалист должен производить розыски научно, при помощи соответствующей техники.

Он уже совершенно забыл, что несколько минут назад наградил Лука Порея орденом, и обрадовался случаю подвергнуть человека пытке, потому что очень любил присутствовать при самых жестоких истязаниях.

Словом, каждую ночь кума Чернику будили воры, которые звонили в колокольчик, заглядывали в домик и уходили, хоть и без добычи, но очень довольные знакомством с этим добрым и вежливым маленьким хозяином.

- Сто восемнадцать - это сто восемнадцать, ни больше, ни меньше. Так ведь?

• Тебе виднее - ты арифметике учился.

Когда берешься за что-нибудь, так уж надо выполнять дело до конца.

Дровосек, как и все бедняки, не очень-то доверял полиции.

- По снам можно узнать, хорош человек или дурен.

Слон был старым индийским философом, и ему всегда приходили в голову очень странные мысли.