Белая дорога

Рета’нои и кое-кто из Эбрадос были раскиданы по огромной поляне и краям леса, словно никому ненужные тряпичные куклы. Хазадриен, опустившись посреди них на колени, исцелял Морая. Мёртвые тела плавали в озерке у подножия водопада и… И Себранн… Он тоже лежал в их груде, возле тел Турмая, Набы и каких-то ещё колдунов, которых Серегил не видел.
С трудом поднявшись на ноги, Алек, шатаясь, побрёл к рекаро. Потускневшие волосы Себранна больше не сияли, и когда Алек перевернул его и взял на руки, Серегил увидел, что цвет его распахнутых, невидящих глаз тёмен, как потускневший графит.
Серегил выхватил кинжал и кинул его Алеку. Тот вонзил его в кончик указательного пальца, разрезав едва ли не до самой кости, и вложил палец в сжатые губки Себранна. Всё маленькое тельце рекаро как будто усохло, похожее на тыкву, схваченную морозцем.
— Пей, Себранн, — настойчиво прошептал Алек, выдавливая капли крови прямо ему на язык. — По-
Пожалуйста, выпей это.
— Ризер, а Хазадриен может что-нибудь сделать? — спросил Серегил.
Ризер печально покачал головой.
— Тайан’джилы не умеют лечить сами себя и себе подобных. Только…
— Хазадриельфейская кровь, — закончил за него Алек, нажимая большим пальцем на указательный, чтобы заставить кровь течь сильнее.
Серегил молча обнял его рукой.
— Себранн, пожалуйста, не умирай!
Серегил уже был готов оттащить от него Алека, когда губки Себранна вдруг сжались вокруг пальца, а глаза медленно закрылись. Алек проколол указательный палец левой руки и выдавил свежей крови. Теперь Себранн потихоньку сосал, и тоненький красный ручеёк стекал из уголка его рта.
Ризер опустился возле них на колено.
— Хвала Ауре!

— Мне нужно побыть одному.
— Уверен?
— Да. Ненадолго.
— Ну тогда ладно, — Серегил немного помедлил, но всё же обнял его.
И Алек знал, как для него было важно, чтобы его не оттолкнули сейчас. Так что вместо этого он тоже обнял его благодарно, и только теперь понял, что не может позволить ему уйти.
Серегил погладил его по голове.
— Я знаю, тали. Знаю. Всё хорошо.
— Нет! Ничего не хорошо!
Он уже чувствовал нестерпимую боль утраты, раздиравшую его грудь. Его «не рожденное женщиной дитя» не могло принадлежать ему! Даже если бы он хотел этого больше самой жизни!
Руки Серегила крепче сжали его. Он ведь тоже отлично знал, что такое утрата.

— А теперь мне нужна, наконец, нормальная ванна!
— Да, действительно.
Ванна и вправду сейчас бы не помешала, однако в действительности Серегилу было наплевать: когда он, избитый и больной, находился взаперти в ледяной каморке в подвале Ихакобина, только запах давно
немытого тела Алека на подушке и спас его от сумасшествия, вселив в него надежду. И сейчас всё всколыхнулось вновь, только Алек теперь был в безопасности.
Больше никогда!
— Тали?
Он провел ладонью по спине Алека, пересчитав пальцами все его позвонки.
Ответом ему было тихое мерное дыхание. Алек крепко спал.
Серегил улыбнулся и откинулся на подушки. Ванны могут и подождать.
— А-ек. Спи-и-ит, — раздался скрипучий шёпот Себранна.
— Да, спит. Ступай к окну.
Рекаро медленно сполз с постели и направился на свое место возле окна. Оказавшись там, он уставился на них обоих.
Возможно, виной тому был дождь, всё ещё колотивший в оконное стекло и создававший причудливые тени, однако Серегил был готов поклясться, что Себранн выглядел обиженным.
Ничем не могу помочь , подумал он. Моим он стал гораздо раньше, а кое-кому придётся научиться как-нибудь обходиться.