Оникс

— «На запах и звук ворвусь. Теряюсь и вновь нахожусь. И я голоден, как волк. Капканы на линии – это… бла, бла, бла — диссонанс в идиллии… или что-то там еще… Зубы жадно стучат, истекаю слюной, я охочусь за тобоой… и я голоден, как волк».
Тут я почувствовала, как по затылку затанцевало подозрительное тепло...
— На самом деле, «я рычу и вою в погоне за тобою», а не бла-бла-бла, что-то там еще.
Испуганная до полусмерти глубоким голосом, я вскрикнула и резко обернулась. Мои ноги поскользнулись на секции отполированных до блеска досок, и я с размаху уселась на пол.
— О, Господи! — задохнулась я, прижимая руку к груди. – Думаю, у меня сердечный приступ.
— А я думаю, ты сломала пятую точку. – В голосе Деймона слышался смех.
Распластавшаяся почти на весь узкий коридор, я пыталась восстановить дыхание.
— Что за черт?.. Ты всегда заходишь в чужие дома без спроса?
— И наблюдаю за тем, как девушки за какие-то несколько секунд умудряются исковеркать песни до неузнаваемости? Ну, да, конечно, это обычное для меня дело. В действительности, я стучался несколько раз, но услышал, что ты… поешь, и дверь была незамкнута. – Он пожал плечами. – Поэтому я просто позволил себе войти.
— Понятно, – буркнула я, и, поднявшись на ноги, поморщилась. – О, Боже, возможно, я и правда сломала «пятую точку».
— Надеюсь, что нет. У меня к ней крайне неравнодушное отношение. – Он блеснул усмешкой. — Твои щеки покраснели. Ты уверена, что не задела лицо, пока летела вниз?
Я простонала:
— Я ненавижу тебя.
— Сомневаюсь.

— Печенье? — предложил Деймон, протягивая мне кондитерское произведение искусства, покрытое шоколадной крошкой.
Боль в желудке или нет — не было никаких вариантов, чтобы я от такого отказалась.
— Конечно, — кивнула я.
Его губы дрогнули, и он наклонился вперед так, что его рот оказался в дюймах от моего.
— Иди и возьми его.
Иди и возьми…?
Деймон поместил половину печенья между своими чувственными губами.
Во имя всех инопланетных детей во Вселенной…
Мой рот отвис. Несколько девчонок за столом так всхлипнули, что я начала опасаться – не стекли ли они под стол в лужицы – но в тот момент я не могла отвлечься, чтобы проверить, что они делали на самом деле.
Печенье и эти губы были прямо передо мной.
Мои щеки пылали. Я чувствовала каждый устремленный на себя взгляд, и Деймон… Господи, Боже мой, Деймон вскинул брови, бросая мне вызов.
Ди фыркнула:
— Я боюсь, мне сейчас будет плохо.
Испытывая полнейший ужас, мне хотелось забраться куда-нибудь в самый темный угол.
Интересно, что он предполагал, я должна была сделать? Взять печенье прямо из его губ, переиграв сцену из мультфильма «Леди и бродяга» в сомнительно-эротическом стиле?!
Черт, мне, признаться, хотелось, и я не знала, что именно это обо мне говорило.
Деймон поднял руку и убрал печенье. Его глаза подозрительно мерцали, словно он только что выиграл одну из баталий.
— Время вышло, Котенок.