Кофе в постель

Промолчав, Наташа протянула руку, чтобы взять носки, и, как ему показалось, с удивлением начала те рассматривать.
— Они новые, — решил уточнить Слава на всякий случай.
— Я вижу, — Наташа улыбнулась и лукаво посмотрела на него, будто в попытке сделать обстановку в салоне легче и приятней. — Просто я никогда еще не надевала мужские носки. Это волнительный момент, между прочим, я должна собраться, — мягко подшутила она.
Слава понял, что непроизвольно начал улыбаться ей в ответ. По непонятной причине, ему внезапно стало так же просто и легко с ней, как тогда, в бассейне.
— Я, знаешь ли, тоже никому еще не давал носить свои носки, так что волнуюсь не меньше твоего, — отшутился он в ответ. — А теперь, когда мы оба знаем, что другой нервничает в такой торжественный момент, надевай их быстро, а то Денис мне не простит, что я дал замерзнуть его сестре.

— Это просто кошмар, — жаловался Денис, извернувшись совершенно диким образом. Наблюдая за ним, Слава хмыкнул. На его взгляд, другу проще было бы сесть сзади, чтобы нормально следить за цветами. — Я облазил с самого утра все цветочные магазины и рынки города, пытаясь найти эти треклятые декоративные подсолнухи, которые Ната любит… ты в курсе, кстати? — он вопросительно посмотрел на Славу через плечо.
«Ха, ему он может об этом не рассказывать», Святослав молча кивнул, сделав вид, что очень занят наблюдением за «напряженной» ситуацией на пустой дороге.
— Так вот, ИХ НИГДЕ НЕТ, черт возьми! Ну почему она не может любить розы?!

— Привет, Наталка, — мать с порога заключила дочь в объятия. — Что случилось? Что за простуда? — не успев попасть в квартиру начала допытываться она.
И тут же, не ожидая ответа, который Ната никак не могла придумать, крепко взяла ее за плечи, повернув к дверям кухни, из которой в коридор попадал сумрачный утренний свет.
Замолчав на пару мгновений, мать пристально рассматривала лицо дочери.
Наташа опять вздохнула тайком. Ей всегда мало что удавалось утаить от матери.
Закончив осмотр, вздохнула и мама.
— Похоже, я не те лекарства привезла, да, Наталка? — с какой-то грустной улыбкой спросила Елена Андреевна и отставила на пол небольшой пакет, который все это время держала в руках. — Мед и смородина здесь не помогут, — констатировала она, начав расстегивать пальто. — А ты молодец, — мать подмигнула дочери, в явной попытке подбодрить. — Растешь. Брата провела. Он действительно в болезнь поверил.