Моё большое маленькое Я

Бог никогда не создает двух одинаковых людей. Но, глядя на толпу на площади, сразу же бросалось в глаза, сколько сил тратили одни, чтобы стать похожими на других. Я видел перед собой не картины, а эстампы и плакаты. Одинаковые прически, очки, пряжки ремней, ботинки. Но сколько отчаяния пряталось за излишне непринужденными жестами присутствующих, сколько одиночества скрывалось за их хохотом. И сколько однотипных машин припарковано за площадью.

В глазах большинства я остался таким же, как и прежде. На всю жизнь. Они даже не хотели задуматься над тем, что человек может измениться. Для них это было невозможно. По их мнению, если кто-то ведет себя не так, как прежде, значит, он притворяется. Тот, кто не способен измениться, с трудом поверит, что другой человек может это сделать.

Наша любовь не только втягивает в свою орбиту наши сердца, но и приводит нас к общей любви, к многочисленным проявлениям жизни. То чувство, которое мы называем настоящей любовью, оно, как и солнце, не освещает только наши жилища и не согревает только круг избранных. Это чувство не только притягивает нас к любимому человеку, но оно еще проявляется и в любви к жизни, к ее тайне, ко всему, что обитает вместе с нами в этом удивительном и прекрасном мире. Это любовь к радости самого бытия.

Я не хотел, чтобы Франческа влюбилась в меня, я хотел, чтобы она полюбила себя. Полюбила жизнь. Иначе все опять превратится в краткосрочный контракт, как это уже когда-то с нами было. Любовь со сроком годности, любовь с реле времени.

Она была чиста, как пробел между словами.

В каждом из нас сидит не одно-единственное «я», а множество «я». Мы, можно сказать, это собрание членов товарищества собственников жилья, на котором присутствует толпа совершенно разных людей. Один из них человек терпимый, другой слишком обидчивый, третий ругается по любому поводу, четвертый молчит как рыба, а пятому рот не заткнешь.

Я не собираюсь утверждать, что после того, как я уехал из дому и через девять месяцев вернулся назад, мне жилось легко и я был счастлив. Нет, этого не было. Но зато я понял, что в путешествии мы приобретаем опыт, который, как я думал раньше, может принести только время. Время, проведенное в пути, ускоряет процесс.

Женщине, путешествующей без спутника, редко удается побыть в уединении. В любом уголке света к одинокой женщине всегда подсядет мужчина, считающий, что его общество будет ей интересно.

Я никак не могу понять, одежда при стирке растягивается или садится. Когда я прихожу в магазин и примеряю вещь, которая мне тесна, продавщица уверяет меня, что после двукратной стирки она растянется и будет мне впору. Если же я примеряю вещь, которая мне велика, то меня убеждают в обратном — говорят, что после стирки она сядет. Ловкие у нас продавщицы.

Ненависть часто является лишь отголоском других чувств. Ненависть тесно связана с чувством собственного бессилия.