Фру Марта Оули

Век живи, век учись – но, Господи, если бы ты мог избавить нас от этого. Все понять – значит все простить, но, Боже, избавь меня от тех, кто способен прощать все на свете. Подобная терпимость – самообман, и за нее мы прячемся, когда жизнь скручивает нас в бараний рог, и мы успеваем натворить такого, чего стыдились бы в лучшие времена.

Рассуждать о терпимости,понимании могут лишь те,кто уже более не способен ни на что в жизни;только прямолинейность и напор имеют значение,а они присущи только юности.

Душа даже собственного ребенка подобна незнакомой стране с бесконечным множеством извилистых путей и дорог. Всякая мать думает, будто хорошо знает и понимает своих детей, но наступает день, когда любой из них скажет, что это не так.

Всё понять – значит всё простить, но, Боже, избавь меня от тех, кто способен прощать всё нп свете.

Собственно говоря, все началось с какой-то усталости, пресыщенности счастьем. Я где-то читала, что счастье утомительно. так оно и оказалось.

Пусть у кого-то черные волосы, а у кого-то русые, кто-то строен, а кто-то сутул, но телесная жизнь одинакова: у всех в жилах струится кровь и все нуждаются в еде и питье. И души наши также томятся голодом и жаждой, хотя им требуется разная духовная пища, и кто знает, быть может, душа — это только пламя, которое горит в наших телах, пламя наших мыслей и желаний.

...любовь - это как раз то, что может быть основой новой жизни!

Судьба каждого из нас-результат сцепления,взаимодействия окружающих нас людей.

Нет большей близости между двумя людьми, чем между матерью и её ребёнком, которого она держит на руках

Бывает, что люди любят друг друга, несмотря на то, что постоянно причиняют друг другу страдания.

Смысл жизни можно приобрести, только отдавая другим частичку своего "я".

Душа – это только пламя, которое горит а наших телах, пламя наших мыслей и желаний. 

Одиночество – это не жизнь. Нельзя отгораживаться от других.

Юность бескомпромиссна, и если она чего–то стоит, то идёт напролом.

Я всегда получала удовольствие от книжных знаний, но теперь поняла, что все они только средство, а отнюдь не цель, это, если можно так выразиться, оружие в жизненной борьбе, оно помогает жить, а вот любовь – это сама жизнь.

Как всё–таки замечательно иметь свой сад.

Мир огромен, а мы – всего–навсего крохотные букашки в нём, и, в общем–то, никому нет до нас дела.

Отто заявил, что считает себя самым счастливым мужем в Норвегии. А я сидела и размышляла о том, как бесконечно несчастлива я, как бесконечно мы чужды друг другу, при том, что он этого не понимал. Тогда я даже не представляла, что такое настоящее горе!

В те времена я просто приходила в ярость, когда читала в книгах о том, что женщина бывает счастлива "раствориться в другом человеке". А теперь я уже согласна с этим полностью, как и со многими прописными истинами, которые так решительно отвергала в дни своей молодости.