Под куполом

Сэмми Буши никогда так и не постигла простой истины, что можно быть самой себе наилучшей подругой.

Лидер-трус — самый опасный тип людей.

Он — наихудший тип политика — самовлюблённый, слишком эгоцентричный, чтобы осознать, что это отнюдь не его весовая категория, к тому же под тем его надутым имиджем «я-все-могу» прячется настоящий трус. Когда здесь станет совсем плохо, он пошлёт этот город к чёрту, если решит, что таким образом сможет спасти самого себя.

Си-Эн-Эн, помог в этом тоже. У говорящих голов не было что рассказывать, кроме повторения неопределённых слухов, но большинство из них звучали обнадёживающе

— Да уж, — согласился Расти. — Но дальше будет хуже. Я тебе гарантирую. И… если бы у тебя случилась катастрофическая травма головы, ты захотел бы, чтобы тебя оперировал я?
— Ни за что, — ответил Твич. — Я не теряю надежды, что скоро появится Грегори Хаус.

Он принимает зелень и отдаёт сдачу серебристой мелочью: так Америка делает свой бизнес, бэби.

Пусть солдаты повернулись спинами к ним, но Бог же, наверняка, нет.

Джо — очень нехотя — забраковал ещё один шедевр Норри: Свободу печати! ИНФУ В МАССЫ! ПРОЧЬ СЕКРЕТНОСТЬ, Пидарасы!
— В данном случае мы должны быть политкорректными, — объяснил он ей.

Своим успехом он был обязан главным образом тому, что мог угадать большой шанс и немилосердно его эксплуатировал.

В кризисные времена люди, чтобы получить какое-то утешение, предпочитают возвращаться к давно знакомому.

Ему достались остатки с донышка кофейника, и на вкус они были, как солярка… однако же, конечно, именно на донышке и сосредотачиваются главные силы кофеинового воинства.

И, конечно, за столом в уголке — «лясоточильнике» на жаргоне янки — ярые старики пережёвывали события, которые случились, и дискутировали о том, что может случиться в дальнейшем

— Господи, я надеюсь, люди будут вести себя пристойно.
— Будут. Это же, в конце концов, Милл, а не Нью-Йорк.
Барби не был уверен, что есть существенное различие между загнанными в угол полевыми и городскими мышами, но промолчал.

Фактов было маловато, при этом, теории заговора изобиловали пышным цветом.

Я не представляла, что в человеке может быть такая дыра, и я боюсь туда провалиться.

Напротив, вера Лестера Коггинса достигла уровня святого мученичества или безумия (впрочем, это те два слова, которые, наверняка, означают одно явление).

Люди по обыкновению медленно осознают новые реалии, когда старые заканчиваются внезапно.

Гастроли продлены по требованию публики, как это говорят.

Барби охватило чувство, будто они въезжают прямёхонько в какой-то фильм-нуар конца 1940-х.

Во-первых, она ещё слишком молода, ей лет тридцать, не больше, да ещё и красива, как дьяволица. Поэтому, бесспорно, отрицательно будет влиять на других. Красивые женщины всегда оказывают плохое влияние.