Гекуба

ГЕКУБА: Ты, Приам,
Отец детей могучих и прекрасных,
И я, их мать, - о, как же низко мы,
Как глубоко мы с гордой выси пали!
Подумаешь, не все ль мы точно гребнем
Вздымаемся кичливо: тот - гордясь,
Что он богат, а тот - что между граждан
В почете он. Какая суета!
Заботы эти, замыслы... пустая
Шумиха слов. Того зови блаженным,
Кому не кроет зла насущный день.

Порочный только злым
И может быть. А добрый - только добрым:
Несчастия не властны извратить
Природный дар.

О Троя!..
Ты, о добыча аргосцев,
Полная черным дымом,
Пламенем полная жадным!

Поликсена: Я - дочь царя, и ухожу - рабыней!

О, меж людей на благородном знак
И грозный и красивый. Если доблесть
В ком светится, на том и знак горит.

Жить без славы - трудно.

О рабство! Зла-то что в тебе, увы!
Чего, врагом осилена, не терпишь!

ОДИССЕЙ: Покуда
Я жив - мне много ль надо? Ну, а гроб
Я бы хотел почетный... Нашей славы
Предел далек...

Не горе это,
Когда один почет между людей
Что истинно достойному, что прочим.

Природы нет такой между людскими
Бесчувственной, чтоб на твои стенанья
И вопли не ответила слезой.

Из царских уст или из уст безвестных
Одна и та ж звучит различно речь...

ГЕКУБА ОДИССЕЮ:
Ты - сильный, только сил
Не отдавай дурным страстям. Ты счастлив,
Но разве счастье вечно? Вспомни - мой ли
Завиден не был жребий? А гляди...
День, день один все счастье отнял...

О мать моя! Царицею заснуть
И встретить утро в рабской ризе - плата
Жестокая за прошлое... Иль бог
Какой-нибудь тебя, Гекуба, губит,
Что счастья ты познала тяжкий блеск.

О мать моя! Царицею заснуть
И встретить утро в рабской ризе – плата
Жестокая за прошлое… Иль бог
Какой-нибудь тебя, Гекуба, губит,
Что счастья ты познала тяжкий блеск.

Новое что-то
Близится, точно песня, полная слёз,
К сердцу, полному слёз:
Так никогда оно не дрожало
Без перерыва от ужаса, сердце моё.

Своей же позорной и низкой
Мне жизни не жалко… И нет для меня
Выхода лучше, чем смерть.

Ведь налицо беда-то. Что же тут
Поделаешь? А мудрый и в несчастье
Рассудка не теряет, говорят…

Не миновать беды мне… очень трудной
И полной слёз борьбы… Так вот зачем
Я до сих пор живу, хотя убитой
Сто раз бы быть мне, кажется. Меня
Доселе Зевс не губит, а питает,
Чтоб зрелищем горчайших бед мои
Не сытые ль ещё глаза насытить…

Ты – сильный, только сил
Не отдавай дурным страстям. Ты счастлив,
Но разве счастье вечно? Вспомни – мой ли
Завиден не был жребий? А гляди…
День, день один всё счастье отнял…

Если губы
Ещё едва смочила горечь, нам
Больнее и ярмо на шею. Право,
Счастливее и мёртвый иногда,
Чем мы, живые. Жить без славы – трудно.