какое-то невидимое существо осторожно подуло ему в ухо.

Масло полностью замерзло. В ящике с ножами и вилками отсутствовала сырорезка. На улице по-прежнему была кромешная тьма. Термометр показывал минус двадцать один градус. Начиналась суббота.

Суд постановил, что Лисбет Саландер психически больна, но не в такой степени, чтобы ее обязательно требовалось помещать в соответствующее учреждение.

"Как ты себя чувствуешь?"
"Серьёзные журналисты" всегда утверждали, что это единственный вопрос, который способны задать бездарные спортивные репортёры после финиша запыхавшемуся спортсмену.

Наступает такой момент, когда хочется подвести черту и завершить все неоконченное дела.

- У тебя красивые глаза, - сказал он.

• А у тебя добрые глаза, - ответила она.

"Не важно, насколько хорошее у противника оружие. Если ему тебя не видно, он в тебя не попадет. Берегись! Следи за тем, чтобы не оказаться на виду"

"Опусти башку, если не хочешь, чтобы тебе отстрелили задницу"

"Слезы ничему не помогают. Каждая попытка привлечь чье-либо внимание к обстоятельствам жизни только усугубляет ситуацию"

За последние несколько суток Микаэль выпил больше кофе, чем когда-либо, но к этому моменту он уже усвоил, что в Норрланде считается неприличным отказываться.

Харальд Вангер казался каким-то местным духом и своим невидимым присутствием накладывал определенный отпечаток на жизнь селения.

Поскольку Морелль, как и Хенрик Вангер, все эти тридцать шесть лет размышлял над загадкой исчезновения Харриет, Микаэль ожидал, что его розыски будут приняты без восторга – вот еще, какой-то новый парень приехал и топчется в зарослях, в которых Морелль когда-то заблудился.

– Сейчас вы просто соседка, которая зашла познакомиться и выпить чашечку кофе, только и всего.

- Думаю, ты ошибаешься. Это не сумасшедший серийный убийца, начитавшийся Библии. Это самая обычная скотина, которая ненавидит женщин

У каждого есть свои тайны. Нужно только разузнать, какие именно.

Да, в Бога я не верю, но уважаю твою веру. Все люди должны во что - то верить.

Когда человек бесследно исчезает, есть четыре возможности. Он мог исчезнуть добровольно и скрываться. Он мог стать жертвой несчастного случая и погибнуть. Он мог совершать самоубийство. И наконец, он мог стать жертвой преступления.

Она пребывала в убеждении, что лучше оказаться избитой до смерти, чем терпеть это дерьмо.

В таком случае тебе, возможно, будет любопытно узнать, что у меня тоже имеются принципы, играющие роль моей собственной комиссии по этике. Я называю их «принципы Саландер». Для меня мерзавец всегда остается мерзавцем, и если я могу навредить ему, раскопав о нем всякое дерьмо, то он только того и заслуживает. Я просто осуществляю возмездие.