Цитаты из книги Часы и Письма

Чужие тайны – это составы, сваренные либо болью, либо позором. Вы будете иметь к ним отношение, когда причаститесь их элементов.

Кто не заботится, тот не стареет.

Всегда надо успеть заручиться поддержкой верных вам людей, не так ли, мой лорд? Выигрывает тот, кто владеет опережающей информацией.

Удивительно, мой лорд, смотреть назад. Теряются во времени причины поступков. В молодости хочется жить, а не понимать, и лишь с возрастом чувствуется гибельное родство этих двух процессов.

– Очевидно, вы правы, и я сам чудовище, жаждущее идти по головам, и подгребать все, что плохо положили. – Разумеется, я прав. И таких чудовищ вокруг – тысячи. Чудовища, запертые внутри, но от того не менее деятельные. – Судя по вашей книге, чудовище должно быть выпущено на свободу. – Это лишь игра статусов. Чудовище всегда одинаково. Но поверь, у тех, кто его выпускает наружу, есть хотя бы тень счастья. У прочих нет ничего.

Гордость, мистер Малфой, жестокая вещь. Уйти – значило признать свое поражение.

В моем Деле я был абсолютно одинок, оттого что был первым.

Ты думаешь, я берегу свое прошлое, потому что я его стыжусь, или оттого, что воспоминания болезненны. Это не так. Полученный опыт с лихвой перекрывает любую боль и любой стыд. Потому что единственный инструмент познания для волшебника – он сам.

Чем крепче боль - тем тверже устои.

Потому что если вести нормальную жизнь – то есть пить, нарушать въевшийся за годы график, шляться после полуночи, поздно ложиться и заниматься противоестественным сексом на непригодных предметах – можно поправить любое здоровье.

Мой сын ничем не превосходит меня. Но мой долг сделать его сильнее хотя бы в одном отношении.

Не иметь. Представления. О раздвоенном. Языке. Змеи.

Понимаете ли, вы оба – и вы, и Снейп – были уверены, что уели мое самолюбие своей беспардонной близостью, что я мечусь рядом от зависти или от обиды. Вы были так поглощены собой, мой лорд – а возможно, и Снейпом – что не удосужились понять, что со мной происходит. Вы думали, я желаю только вас.

Невыносимо. Присутствовать. При кощунстве.

Я влетел куда-то между стрелок, золотых циферблатов и мерцающих шестерней, и парил там до рассвета. Меня не покидало ощущение, что я сам лежу на алтаре.

…Разумеется, мой лорд. Что еще можно ждать от человека, присутствие которого и сортирному бачку присваивает неподобающие ассоциации?

Он словно снял с меня окислы, пыль и патину - и накрыл собой. Ощущение чистоты и правоты, идущее от него, было фантастическим. В этой правоте все было правомерным. Мужчина в моих объятиях потерял признаки пола, и мои собственные растворились. Я был ему братом, женой, сестрой, мужем, учеником, его создателем и содержимым его сокровищницы.

Понимаете ли, с обычным сексом это не имеет ничего общего. С необычным тоже, потому что в поисках подобия я пробовал все. Даже с очень хорошим и очень дорогим сексом это не имеет ничего общего. Потому что любой секс после этого невыносимо пресен.

Когда речь заходит о настоящей магии, настоящем Делании - всегда обращаются в Слизерин. Это единственное место, где цель оправдывает средства - поэтому в результате получается хоть что-то.

Так чего же вы жаждете столь сильно, что без этого не в состоянии жить? Это был очень хороший вопрос. Потому что не все желания могут быть признаны. Случается, мистер Малфой, что самое главное желание остается от нас в сокрытии, потому что мы не можем с ним примириться.

Открывая дверь, я мысленно готовил себя к страшному. И загодя принял решение не показывать своего удивления, что бы не произошло. В конце концов вряд ли меня лишат жизни, а это единственное, что в действительности ценно.

Я искренне считаю, что юношеское хулиганство является результатом неправильной переработки гормональной энергии, которую люди сведущие пускают на свое Искусство, либо пользуются ей по прямому назначению.