Настя

- Мясо вообще странная пища, - тяжело пережевывал Мамут.

- Это почему же? - спросил Саблин.

- Живое потому что. А стоит ли убивать живое исключительно ради поедания?

- Жалко?

- Конечно, жалко. Мы на прошлой неделе в Путятино ездили к Адамовичам. Только от станции отъехали - ступица подломилась. Дотащились до тамошнего шорника. А пока он новую ладил, я на ракиту присел эдак в теньке. Ну и подошла ко мне свинья. Обыкновенная хавронья. Встала и смотрит на меня. Выразительно смотрит. Живое существо. Целый космос. А для шорника - просто семь пудов мяса. И я подумал: какая все-таки это дичь - пожирать живых существ! Прерывать жизнь, разрушать гармонию только для процесса переваривания пищи. Который кончается известно чем.

Но ведь Ницше толкует о смерти Бога? - Не понимай это буквально. Каждому времени соответствует свой Христос. Умер старый гегелевский Христос. Для грядущего века потребуется молодой, решительный и сильный Господь, способный преодолеть! Способный пройти со смехом по канату над бездной! Именно - со смехом, а не с плаксивой миной! - То есть для нового века нужен Христос - канатный плясун? - Да! Да! Канатный плясун! Ему мы будем молиться всей душой, за ним пойдем к новой жизни, с ним преодолеем себя! - Это сумасшествие, - покачал головой отец Андрей. - Это - здравый смысл!

Кто говорил о милосердии? Разве что один Сократ. - О сверхчеловеке заговорил первым только Ницше, - возразил Саблин. - Чушь! Шиллер употреблял это слово! О сверхчеловеке говорили многие Гёте, Байрон, Шатобриан, Шлегель! Да что, Шлегель, черт возьми, - в статейке Раскольникова весь ваш Ницше! С потрохами! А Ставрогин, Версилов? Это не сверхчеловеки? ":свету провалиться, а мне всегда чай пить"! - Все великие философы подводят черту, так сказать, общий знаменатель под интуитивно накопленном до них, - заговорил отец Андрей. - Ницше не исключение. Он же не в чистом поле философствовал. - Ницше не подводил никакого общего знаменателя, никакой там черты! резко тряхнул головой Саблин. - Он сделал великий прорыв! Он первый в истории человеческой мысли по-настоящему освободил человека, указал путь! - И что же это за путь? - спросил Мамут. - "Человек есть то, что должно преодолеть"! Вот этот путь. - Все мировые религии говорят то же самое. - Подставляя другую щеку, мы ничего не изменяем в мире. - А толкая падающего - изменяем? - забарабанил пальцами по столу Мамут. - Еще как изменяем!