Дом, в котором...

Лес даже улыбался ему. Слепой это знал. Улыбки он чуял на расстоянии. Обжигающие, липкие и острозубые, мягкие и пушистые. они мучили его своей мимолетностью, недосягаемостью пальцам и ушам.

Он впитывал в себя спокойствие и доброту, он заключал в себе круг чистоты, сквозь который не пролезут бледные руки тех, что путают душу.

Сфинкс встаёт.

• Хватит. Закончим этот разговор. Если бы ты так не зацикливался на том, что тебя никто не понимает, может, у тебя хватило бы сил понять других. Если бы ты поменьше общался с Чёрным, это пошло бы тебе на пользу. Если бы эта суровая женщина не приближалась к нашему столу так неотвратимо, я бы сказал ещё что-нибудь умное. Если бы эта дверь не вела в коридор, то вела бы ещё куда-нибудь...

...жизнь не течет по прямой. Она - как расходящиеся по воде круги. На каждом круге повторяются старые истории, чуть изменившись, но никто этого не замечает. Никто не узнает их.

Вам не кажется, что некоторые мои чувства вас не касаются? Что я чувствую, когда умирает кто-то из моей стаи — это мое дело. Вам так не кажется?

— Что ты здесь делаешь? — спросил он шепотом.
— Подслушиваю, — честно ответил паренек. — Я знаю, что это нехорошо, — добавил он
— Тогда зачем ты этим занимаешься?
— Иногда любопытство пересиливает моральные принципы, — признался мальчик.

— Иногда мне кажется, что я вас совсем не знаю.
Табаки щедрым жестом распахивает обе жилетки:
— Смотри, вот он я. Как на ладони. Чего тут можно не знать?

Слепой быстро понял, что именно вызывает страх. Дети боялись не силы, которой у него не было, а того, как он себя держал. Его спокойствия и безразличия, того, что он ничего не боится. Когда его били, он не плакал, а просто вставал и уходил. Когда он бил кого-то, этот кто-то обычно плакал, пугаясь его спокойствия.

"Какой человек станет пить с тобой кофе, Лорд, после того как ты дал ему по морде? Никакой."

— Странные у тебя мысли, — сказал Кузнечик.
— Это примитивные мысли, — признался Волк. — Детские. На них надо надстраивать этажи. Один, второй, третий, десятый… Тогда они приобретут мудрый вид. А пока старшие — это старшие. Можно только нежиться в их дыму и помирать от зависти, слушая их пластинки.

— Я должен был облить его своим кофе?
— Лучше так, чем обжигаться самому.

- Тебе пока лучше избегать зеркал, Курильщик. По крайней мере, пока не перестанешь себя жалеть. Поговори-ка об этом с Лордом. Он вообще никогда не смотрится в зеркало.

• Почему? - изумился я. - Если бы я видел в зеркале то, что видит он...
• Откуда ты знаешь, что он там видит?

Голую душу не отбросишь прочь, сделав вид что не понял, что тебе дали и зачем.

В общем, это картина про всех и про каждого – смешная на первый взгляд и печальная на все последующие

Скуки старичок боится больше всего на свете. Иногда, утомленный однообразием своих подарков другим, он дарит что-нибудь самому себе. Выбирая самые простые предметы. Ничего ценного, ничего особенного, но приятно получить в подарок что-то необычное, особенно, если не помнить, что даришь себе это сам.

— Я видел себя во сне драконом. Я летал над городом и опалял его улицы огнем своего дыхания. Тот город был пуст из-за меня. И я… испугался.

Македонский выглядит очень честным. Его словам веришь еще до того, как он их произносит.