Цитаты из книги Стены из хрусталя

А когда ни во что не веришь, остается верить только в себя.

— Гоблин в хозяйстве всегда сгодится. Подмести, посуду вымыть, крышу перестелить. Обещаю оставлять ему блюдечко молока… — …лучше виски! — встрял Фетч. — От молока я рыгаю. — Главное, не дарить ему носок, — добавила леди Маргарет. — Иначе он обретет свободу? — уточнила хозяйка, отбиваясь от Фетча, который уже начал исследовать ее нижнюю юбку. — Нет, иначе он натянет его себе на… на… в общем, даже пробовать не советую!

Если лечишь меланхолию сменой прически, ты точно женщина.

Уж слишком изящным и сбалансированным казался план, ни дать — ни взять карточный домик. Оставалось дождаться сквозняка, который его разрушит.

В дверь дробно постучали.
- Вы в приличном виде? - послышался голос Фанни.
- Разве я когда-нибудь в нем бываю?

— Ты была хорошей девочкой в этом году, а, дорогуша? — Нет, потому что весь год я была вампиром. А нечисть не претендует на рождественские подарки. Но пусть ангелы просто отвернутся. И вместо того, чтобы махать на нас мечами, пусть выкапывают ими замерзающих детей из-под снега.

По красавчику Фанни в унисон вздыхали служанки, а уличные девки дрались за право расчесать ему волосы. Да что девки! Иногда и дамы швыряли монеты из каретного окна, а когда он запрыгивал внутрь, проворно задергивали шторки. Но таким заработкам он предпочитал честное воровство. От аристократок запросто какую-нибудь дрянь подцепишь.

Да, он был злом, но тем злом, которое не подставляет подножку, не стреляет в спину и не натягивает личину милосердия, но остается самим собой. Злом из сказок.

Несмотря на эти маленькие недоразумения, дамы продолжали вежливо беседовать. «Ах, какая я неловкая!» «Пустяки, мисс, эти манжеты и так пора выбрасывать.» «А что за порошок вы насыпали мне в чашку?» «Сахар.» «А почему он разъел фарфор?» «Не иначе как с сульфатом свинца попался. Ах, пищевые добавки — это бич нашего времени!»

Небо медленно выцветало, будто черная ткань, замоченная в щелоке.

Фанни попытался представить площадь такого ковра, под который поместятся сразу все их неприятности. Наверное, им можно накрыть пол-Европы.

Впору объявлять эпидемию, сажать всех девиц в карантин и, самое главное, отбирать у них острые предметы. А то ведь они то шею спицей поцарапают, то запястье вилами проткнут. Какой все таки неуклюжий женский пол пошел!

Ну да, его можно понять. Кто откажется от роскошного пира, с лангустами и спаржей, ради куска заплесневелого хлеба? Тем более, что среди гостей будут совсем юные девицы младше семидесяти.

Почтальон тоже сломя голову несся прочь, как только опускал в щель письма и прессу. Лишь однажды он обернулся, но вид зубастой дверной щели, которая почавкала письмами и состроила ему рожу, припорошил сединой его виски.

Раздраженно скомкав свежий выпуск «Таймс,» лорд Марсден выбежал из кабинета, но уже на лестнице сменил торопливые шаги на мерную, грозную поступь владыки сих чертогов, готовясь обрушить заслуженную кару на непрошеных гостей…

— Уолтер, я так рада тебя видеть! Неужели Берта пришла сюда? Как мило! Почему ты не позвал ее? — Потому что это не Берта. Какая-то другая… дама. Она оторвала чугунный цветок от ограды и гадает на нем «любит-не любит.»

Именно репутация помогла хозяйке Блейк и троим ее сыновьям выжить в ту зиму, когда скончался отец семейства, лучший плотник во всей округе. Сгорел от лихорадки. Соседи навещали вдову каждый день и оставляли кто пол-пирога, кто сушеную рыбину, кто кусок сыра. Но не вечно же им жить нахлебниками? Тем более, что старшему сыну, Фрэнсису, уже стукнуло двенадцать, самое время содержать семью.

Те, кто живет в стеклянных домах, не должны кидаться камнями. Если только не хотят выбраться на свободу...