Якщо коли-небудь Бог зійде на Землю, настане велика тиша.
Тиша така, що навіть думи не думаються.

Смерть — це зустріч із самим собою.

Адже бувають моменти, коли людині необхідна маленька смерть, навіть якщо вона не підозрює про це.

Она была как остывший кофе.

Нет нужды говорить, что у неё было нервное расстройство, это ясно. Но это был такой невроз, который поддерживал ее, как костыли.

We live exclusively in the present because it is always eternally today and tomorrow will be a today, eternity is the state of things at this very moment.

Найкраща угода така: не вмирати, тому що вмерти замало, це не звершить мене, а я так цього прагну.

Ті, хто зараз читають мене, нехай ударять себе в живіт і подивляться, чи добре це. Життя — це удар у живіт.

Я символічно помираю декілька разів лише для того, щоб пережити воскресіння.

Я запитую: невже вся історія, написана в цьому світі — це історія нещасть?

(Істина — це завжди незбагненний внутрішній контакт. Істина — неосяжна. Отже, її не існує? Ні, для людей вона не існує).

Он мечтал скопить денег и делать то, что ему больше всего нравилось, а именно: ничего.

— Ты знаешь, в «Радио-Часах» сообщили, что один человек написал книгу «Алиса в стране чудес», он еще был математиком. И еще они говорили об алгебре. Что значит это слово — «алгебра»?

— Это неприличное слово, порядочная девушка не должна его повторять.

И Макабеа, боясь, что молчание не понравится ее недавно обретенному возлюбленному, сказала:

— Мне так нравятся гайки и гвозди, а вам?

И позвольте узнать, как вас зовут?

— Макабеа.

— Мака — что?

— Беа — закончила она.

— Простите меня, но это звучит как название болезни.