The Sea-Wolf

– Значит, быть анархистом хорошо! – воскликнул Волк Ларсен.

— Во что же вы тогда верите? — в свою очередь, спросил я.
— Я верю, что жизнь — нелепая суета, — быстро ответил он. — Она похожа на закваску, которая бродит минуты, часы, годы или столетия, но рано или поздно перестает бродить. Большие пожирают малых, чтобы поддержать свое брожение. Сильные пожирают слабых, чтобы сохранить свою силу. Кому везет, тот ест больше и бродит дольше других, — вот и все!

Идеалист и романтик, каковым я всегда был, несмотря на свою склонность к постоянному анализу, я мало интересовался физической стороной любви. Я думал, что любовь мужчины и женщины была чем-то возвышенным, основанным на той духовной связи, которая соединяла и влекла их души одну к другой. Физическая сторона любви не играла для меня большой роли.

Если жить значит только двигаться, то зачем двигаться? Если бы мы не двигались и не составляли части этих дрожжей, то не было бы и безнадежности. Не в этом-то и вся суть – мы хотим жить и двигаться, хотя причины на это у нас никакой нет, и только потому так выходит, что закон жизни в том, чтобы жить и двигаться, в желании жить и двигаться. Если бы этого закона не было, то жизнь была бы мертва. Только от этого брожения жизни вы и мечтаете о бессмертии.

- Пробным камнем для всякой истины является вопрос: "Можем ли мы заставить эту истину служить нам? Можем ли мы доверить ей свою жизнь?"

Победа не всегда остается за сильным.

Жизнь — брожение закваски, но рано или поздно перестает бродить.

Человек не может причинить другому зло. Он может причинить зло только самому себе. Я убеждён, что поступаю. дурно всякий раз, когда соблюдаю чужие интересы.

Привыкший ясно и свободно излагать свои мысли, я в присутствии Ларсена почему- то не находил нужных слов.  Отчасти объяснял себе это тем, что его личность подавляла меня, но главная причина крылась всё же в полной противоположности наших воззрений.... с Волком Ларсеном у меня не было ни единой точки соприкосновения.