Переулок святой Берегонны

В рассказе три рассказчика. Повествование первого, безымянного, как бы обрамляет два других, представленных как отрывочные незавершенные записки такой же безымянной молодой женщины и учителя с необычной фамилией Архипетр. Первый рассказчик находит на причале Гамбурга две тетради, одна на немецком (автор - женщина), другая на французском (исписана рукой Архипетра).

Читатель постепенно знакомится с тайной переулка Святой Берегонны. Стоит отметить, что и переулка такого в Гамбурге никогда не было, и святой с таким именем не существовало (оба факта чётко проговариваются в рассказе). Женский рассказ передаёт кошмар, с которым столкнулись жители Гамбурга, когда неведомые силы стали убивать и забирать в никуда жителей города. Молодая женщина, свидетельница не одного такого исчезновения и убийства, неожиданно для себя начинает помогать охватившему город ужасу. Помогать... сочувствием. Ближе к финалу всего трёхчастёвого рассказа читателю вполне прозрачно намекают, что своим состраданием она помогала не только тварям из мрака.

Преподаватель гимназии Альфонс Архипетр видит переулок, который кроме него не виден никому. Он объясняет свою способность наследием от бабушки по материнской линии, о прошлом которой до замужества неизвестно ничего. Её предсмертные слова подкрепляют уверенность Архипетра в том, что его способность - не галлюцинация. От дальнейших событий, которые он описывает, веет одновременно мистикой и научной фантастикой. На НФ намекают и слова антиквара в финальной, "современной" части рассказа. Там же упоминается реальное историческое событие - большой гамбургский пожар 1842 года, - причины которого Жан Рэй попытался описать с фантастически-мистической точки зрения.

При чтении "тетради" Архипетра я постоянно вспоминала мистические истории Александра Грина - есть между ними нечто общее: и обреченная лиричность, и мрачная красота.

Поворот, три маленькие желтые двери, калиновый куст, новый поворот, три маленькие двери в белой стене, рваный, угловатый, мертвый рисунок ветвей. Это напоминало неумолимую повторяемость цифровой комбинации. Я шел уже полчаса, голова кружилась, тело механически напряглось, движение и неподвижность потеряли различие.

И вдруг, завернув за очередной угол, я заметил нарушение кошмарной симметрии: возле трех дверей и калинового куста возвышался деревянный портал какого–то жуткого мыльного цвета. И здесь мне стало страшно.

Шорохи, шепоты, стенания, угрожающие голоса.

Из всех рассказов Жана Рэя, которые я прочитала, этот мне понравился больше всего. В нем есть то, что я люблю: история с нелинейным сюжетом, составленная из двух независимых документов, один на немецком языке, второй - на французском, которые условно (но недостаточно) поясняют друг друга, и игры с дополнительными пространственными измерениями.

Переулок святой Берегонны (как отмечает один из эпизодических персонажей, нет такой святой) - это что-то вроде сада расходящихся тропок, дурная бесконечность, вход в которую известен только одному человеку, преподавателю гимназии Архипетру, и то, что он делает в переулке, провоцирует кошмарные события в реальном городе Гамбурге.

Как это часто случается у Жана Рэя, по прочтении рассказа остаешься в недоумении. Хотя понятно, кто виноват в происходившем, выстроить какую-то логическую последовательность событий невозможно. И это стиль автора. Во всех своих произведениях он ставит читателя перед фактом, что иножизнь невоможно объяснить человеческой логикой, хотя что-то общее все-таки есть между жителями потустороннего Гамбурга и людьми. Похоже, призраки тоже могут страдать, обижаться и мстить.

Жутко, запутанно, неясно. Смутные фантомы убийцы, неистово мстящие за воровство в их обители — и необычно, и пугающе, и нелепо.

Читать интересно, а первый манускрипт заметно страшнее, особенно из-за атмосферности окружения. Ночь, ливни, мрак, страх, безумие, одиночество.

Второй — авантюрнее и чуть слабее из-за множественных, хоть и кратких, отступлений. Да и дело происходит уже днём, вполне себе обывательски: пошёл, украл, залез, взломал. Зато раскрывается причина буйствовавшего в городе кошмара. Другое дело, что раскрываясь, она ещё больше натягивает потусторонней жути и загадок. Что за дома, какова природа той реальности, почему посуда, и зачем из-за неё творит такие безобразия... И т.д.

Страшно? Да. И интересно.