Коварство и любовь

/ Насилие ожесточает мечтателей, но не исправляет их. /

/ У нас, женщин, выбор один: влавствовать или покоряться. Но даже упоение самой неограничнной властью - это только жалкое самоутешение, если мы лишены наивысшего счастья - быть рабыней любимого человека. /

/ Вы достигаете благополучия почти всегда ценою гибели другого. Зависть, страх, ненависть - вот те мрачные зеркала, в которых посрамляется величие властителя... Слёзы, проклятия, отчаяние - вот та чудовищная трапеза, которой услаждают себя эти прославленные счастливцы. И не успеет у них пройти хмель, как они, шатаясь, уже отходят в вечность, к престолу всевышнего. Нет, мой идеал счастья скромнее: он заключен во мне самом. В моем собственном сердце - вот где таятся все мои желания.

/ Кто на тело заглядывается, тот всегда о душе толкует /

Для таких, как ты, ещё не выдуман порох!

Видно, сатана неплохо знает людей, если сделал тебя своим маклером.

Разбойники.
Пусть идет! Он высокопарный хвастун! Он меняет жизнь на изумление толпы.

Разбойник Моор (Карл).
Да, я и вправду могу вызвать изумление. (После короткого раздумья.) По дороге сюда я, помнится, разговорился с бедняком. Он работает поденщиком и кормит одиннадцать ртов... Тысяча луидоров обещана тому, кто живым доставит знаменитого разбойника. Что ж, бедному человеку они пригодятся! (Уходит.)

(Заряжает пистолет. Внезапно останавливается.) Так, значит, умереть от страха перед мучительной жизнью? Дать себя победить несчастьям? Нет! Я все стерплю. (Швыряет пистолет в сторону.)