Роль моей семьи в мировой революции

Повествование ведется от имени ребенка и охватывает 6-8 лет, начиная с довоенных и заканчивая послепобедными годами Второй Мировой Войны. Действие происходит в небольшом городке королевства Югославия, в обычной квартире, где живут мама, папа, ГГ, дедушка, две тетки и дядя.
Автор активно применяет фильтр - исторические события отражаются на бытовом уровне, да еще просеиваются через мозаичное и неглубокое понимание мальчика-подростка. Читатель может насладиться богатым подтекстом социальных и сексуальным пертурбаций, происходящих с лирическим героем.
Книга для тренированных, поскольку не сказать чтобы легко скользить по страницам, иногда приходится продираться. Но неизменно присутствует юмор разной степени толщины и за бытовым нет-нет, да и выглянет великое.

Совершенно безумная по своему исполнению вещь.
Неудержимый поток голосов, деталей, событий, ремарок.
Бесконечные скачки от одной темы к другой по ассоциативным связям, в прихотливой логике которых может разобраться только сам автор.
Нам же остается лишь наблюдать за этим ярким, звенящим, подскакивающим на кочках истории балаганом и пробовать уловить в нём дух времени и югославского народа. Кого в дороге укачало, могут бежать вон к тем кустам. У кого сатирический вестибулярный аппарат посильнее, дотарахтят до финишной черты в полном здравии и в отличном настроении.

Дядя купил козу. Папа в детстве водился с каким-то козлом. Дедушка сказал: "Кругом одни козлы!" Мама сказала: "И это тоже пройдет", а потом сварила суп из чечевицы. Я в детстве кидался сушеной чечевицей в своего соседа, у которого был комикс с козлами. Возможно, это были другие животные, но тоже рогатые.
Примерно так всё там и выглядит. Минус моя больная фантазия. Плюс безупречное авторское чутье на приятные детали и умелое их изложение.

Не каждый день встречаешь автора, который умудряется впаять тебе мелкие детали быта собственного семейства под таким вкусным соусом.
Один российский писатель в своей книге собирался ходить по миру с ведром бесплатной гречневой каши, чтобы тем самым заставить людей послушать его истории.
Бора Чосич справляется и без дефицитной крупы.

Приятного вам шелеста страниц!

Одна из тех книг, которые мало кто знает, но уж если она в руки попала, равнодушным остаться трудно. По настроению очень похожа на Кустурицу, которого либо любят, либо ненавидят. История бывшей Югославии рассказана с искрометным юмором, доходящим до фарса. Впрочем, это история не всей Югославии, а одной отдельно взятой семьи, но все исторические катаклизмы эту веселую семейку задели. А поскольку у наших стран много общего в плане социалистического прошлого, то узнавание гарантировано:
«Дядя вставил в деревянные подметки своих ботинок маленькие пружинки. Он говорил:
– Будто крылья выросли!
Его полюбовницы спрашивали:
– Откуда у вас эта прелесть?
Дядя отвечал из Франции, посредством посылки!»

Стремительным потоком слов автор стенографирует чертову карусель, которую представляла жизнь его семьи на Балканах "в середине двадцатого века, немного до и немного после этой середины". Читателю остается только покрепче держаться за кресло и нестись по этой головокружительной стремнине до самого конца, выбраться на такой скорости все равно нереально. Фоном, разумеется, будет музыка Горана Бреговича (пусть хоть тот же "Калашников").
Сказать, что поездка была веселой - значит покривить душой, скажу точно, что она была нескучной. Автор добросовестно фиксирует все как есть, и если в поле зрения попадают человеческие кишки на проводах, то не его вина.

Калашников - самый лучший автомат на свете. (с)

Необыкновенно честная и трогательная книга, по содержанию представляющая собой немного сумбурный поток воспоминаний ребенка о Югославии времен Тито. Здесь есть все: немного сатиры, немного юмора, немного грусти, и немного войны - но коль скоро описание идет от лица ребенка, скучать и жаловаться на тягомотину не придется: дети, как известно, подобно губке впитывают в себя всю информацию, исходящую от окружения, и поэтому улыбка во время чтения книги неизбежна.
Семья главного героя - это мать, отец, дед, две тетки и дядя, каждый из которых наделен своей ролью не только в семье, но и в мировой революции, как вещает маленький Чосич; каждый из них живет в ногу со временем, и через детский рассказ, не останавливающийся на детализации окружающей среды и поступках героев, можно увидеть все, что происходило в Югославии в каждой семье. Голод, отсутствие денег, постоянные оккупации и коммунизм - веселье не прекращается, оно только зарождается - маленький Чосич только успевает видеть сменяющие друг друга картины нового мира, в котором старые герои подстраиваются под обстоятельства. "Роль" - это своеобразный продолжатель традиций "Жестяного барабана" Грасса по жесткости и разухабистости изложения, но пошедший своим путем

В каком-то старом фантастическом романе изобрели робота-писателя, научили его более-менее связно рассказывать то, что видел. В этом романе запросто летали на другие планеты, но видеотрансляцию робот делать не умел, только аудио.
И оказалось, что лучшего разведчика чем такой робот и желать нельзя.
Излагал он в информативном стиле.

Ещё есть гениальный рассказ Виктора Драгунского, его все знают. Помните?
Папа у Васи силен в математике,
Учится папа за Васю весь год.
Где это видано, где это слыхано, –
Папа решает, а Вася сдает?!

Произведение Боры Чосича будто совместно писали тот робот и Дениска. Плюс балканский иронический колорит, плюс действие романа во времена раннего Тито.

Минус, и большой, что весь этот замес становится понятен к десятой странице и дальше не развивается. Всё одно - что десятая с начала, что десятая с конца.
Поэтому, несмотря на небольшой объём, кажется, что можно было и покороче.

Читая книгу, может показаться, что писатель вырос в дурдоме. Однако стоит вспомнить, в какую эпоху его угораздило родиться, тогда весь мир был дурдом. А это самая обычная семья со своими проблемами и взаимоотношениями. Подача материала неординарная, но удивительно понятная, из обрывков фраз и восклицаний строится картина и маленького мирка этого мальчика, и картина всего мира в послевоенные годы.
Что меня несколько оттолкнуло от книги, так это мое незнание истории Югославии в этот период, поэтому периодически голова шла кругом от всех этих "товарищей в сапогах и с грудью", приходилось делать передышку и отвлекаться.
Вся книга пропитана горьким юмором, нет никакой эмоциональной оценки происходящего главным героем, он просто зритель, он просто участник этого спектакля, такое отношение и позволило, на мой взгляд, не сойти с ума, а принять окружающую резко меняющуюся действительность.

Я многого не понимаю, на самом деле. Вот и этот "роман" Чосича оказался в числе тех вещей, которые я не понимаю. И, пожалуй, отказываюсь понимать. Точнее, я понимаю замысел, идею, но принять ее не могу. Почему-то это напоминает мне эпатаж ради эпатажа.
Я очень люблю Кустурицу, я смотрела все его фильмы не по одному разу, но Чосич и Кустурица - это две слегка пересекающиеся вселенные. Пересекающиеся только в том, что они оба жили в Югославии. Поэтому и с этим утверждением о похожести, так часто мелькающим в рецензии, не могу.

Ох как давно прочитала я эту книгу, а вспомнила об этом только сейчас.
Чуда не произошло, хотя очень его хотелось и ждалось. Ведь именно чудеса обычно происходят, когда я беру в руки книги Балканских авторов. Они все такие сказочные, необычные, совсем не европейские и не русские. Таких нет нигде. От Чосича ждала того же, радовалась – вот оно еще одно имя в такой немногочисленной переведенной на русский язык прозе! Но совершенно не сложилось у меня с Чосичем, мы не поняли друг друга. Книга показалась унылой и бытовой, пустой и бессмысленной. Просто набор слов, представленный читателю в необычной форме. А содержания ноль. Первое югославское разочарование.
Однако Чосич занял свое место на югославской полочке моего шкафа, думаю, я к нему еще вернусь и может быть мы станем ближе и понятнее)) Плюс обложка очень уж хороша.