Рецензия на книгу

• 

  Penelopa2

  22 октября 2016

  "Найдутся, вероятно, телезрители, – продолжал человек на экране, – которые скажут: машина неспособна испытывать человеческие эмоции, а именно они и составляют душу музыки... – Тут он тонко улыбнулся: – Прекрасно. Но во-первых, нужно точно определить, что это такое "человеческая эмоция", "душа" и сам "человек"..."

  – Господи, – прошептала Полина Андреевна, глядя на экран испуганно, – неужели определит?

  (сценарий фильма «Доживем до понедельника»)
  

  Я не читала «Аристономию» и «Другой путь» - мое первое знакомство с «серьезным» Акуниным

  Начало насторожило. Попытка определить, что такое любовь, что такое «настоящая любовь», что такое «настоящая настоящая любовь», попытка «разъять гармонию», определить неопределяемое, формализовать неформализуемое. Говоря словами юной учительницы из советского фильма – «все равно, что прикнопить к бумаге солнечный зайчик». Чем дальше, тем менее удавшейся показалась мне эта попытка. Я увидела довольно насыщенный информацией поток мыслей, но дело в том, что такую тему каждый пытается пропустить через себя. Это не абстрактные рассуждения о вечном, это разговор о том, что близко каждому и каждый будет соглашаться или не соглашаться с автором, ссылаясь на свой собственный опыт (строго по Жванецкому – «Давайте спорить о вкусе устриц и кокосовых орехов с теми, кто их ел») А с учетом категоричности и безапелляционности автора такие несогласия неизбежны. Если у тебя все складывается нормально в этом плане, ты влюблен и любишь, а потом приходит автор и заявляет, что нет, это никакая не любовь, потому что у тебя, например, не выполнены условия пять и семь – ты будешь возражать ему и в конце концов забросишь книжку в угол. Если ты только что расстался с бывшим партнером, потому что он никчемность, то тебе особенно приятно будет отмечать отсутствие в ваших бывших отношениях, скажем, пресловутых пунктов три и восемь и ты будешь говорит – «Ай, молодец, Акунин, верно все подметил…» То же касается детей. Если для тебя дети – обуза и спиногрызы – тогда и авторское утверждение о том, что дети – только помеха настоящей и «настоящей настоящей» любви найдет отклик в душе. Иначе никак не получается… Поэтому общетеоретическую часть книги можно читать, но несмотря на свой научный вид она такая же ненаучная художественная проза, как и вторая, «художественная» часть. Вторая часть мне не понравилась совершенно. История взаимоотношений хамоватой пролетарки Мирры Носик и подчеркнуто интеллигентного анестезиста Клобукова меня не впечатлила, не заинтересовала, показалась вторичной. И по стилю, такой язык у Акунина я уже читала, и по сюжету, это даже не вторично, а третично и четвертично.

  Я, конечно понимаю, что рано или поздно все писатели, завоевавшие популярность в легком жанре хотят доказать свою значимость и переходят к серьезной прозе. Только получается это не у всех.

  27 понравилось

  531