Отзывы о книге Угол покоя
winpoo3 октября 2026Реконструкции иной природы человеческих отношений
Vaya con Dios, mi alma, vaya con Dios, mi amor…
Можно прочитать сто руководств по позитивной психологии, и они все равно не дадут возможности пережить столько инсайтов, сколько принесло мне чтение этой книги. Ну, и как не согласиться с автором? – История знает поколения, живущие органической жизнью во всем ее разнообразии и непредсказуемости, укорененные в природе и истории, как в почве, но знает и пустые и безвкусные, словно выросшие на гидропонике. Про последних обычно читать неинтересно, как бы они ни восхваляли и ни масштабировали свое Эго, а вот жизни первых порой завораживают своей единичной неповторимостью во времени, событийностью, уникальностью опыта и совершенно недоступным для понимания способом вписывания себя в доставшиеся исторические, социальные и личные обстоятельства: «Я сама себе Вселенная, я сама себе – весна, мне не нужно одобрения…» (Yulilaya).
Именно такой герой считает свою бабушку, начиная писать о ней книгу. Конечно, время не удержать, «ностальгия без памяти» никому не нужна, но погрузиться в повседневность того времени (конец XIX - начало XX века), в которой прошли такие самобытные жизни и сформировалось то самое их понимание, которое наследовали и от которого, возможно, отказались последующие поколения, значит лучше понять (и принять?) тот факт, что жизнь – случайное благо, распоряжаться которым можно с разной степенью включенности, осознанности и ответственности. Да и вообще, уметь быть включенным в свою собственную жизнь, а не барахтаться на мелководье социального перфоманса, в пене дней - уникальное искусство, которым владела Сюзан Берлинг-Уорд.
В романе У. Стегнера пожилой герой – Лайман Уорд - реконструирует не столько свое, сколько ее прошлое, понемногу восстанавливая ее жизнь из документов, писем, оставшихся вещей, самим порядком ее мироустройства, отраженным в ее доме, как в личном микрокосме. Ох, как же это интересно: восстанавливать смысловой пазл личности по «говорящим» материальным артефактам! Что утрачено навек, «молчаливо» и не подлежит реставрации, а что «болтливо» и невольно выдает старые секреты вроде так и оставшейся загадкой ситуации с Сюзан, Фрэнком и Агнес? В чем больше следов присутствия давно умершей женщины, как эта мера выдает ее отношение к чему-либо? Как сквозь «оставшийся в живых» письменный нарратив проступают эмоции? Где проходит граница достоверности поздней реконструкции личности и ее биографии и насколько ее искажает фантазия вспоминающего? Насколько выстроенная «реставратором» версия вообще способна придать чужой и уже закончившейся и закрытой для других жизни смысл? – В любом случае, это интереснейшее занятие как для героя, позволяющее ему сохранять собственные смыслы и волю к жизни, особенно когда его физическая немощь препятствует, фактически, всему, так и для читателя. Но… да, старость сама решает, будет такая трудная, но все же продолжающаяся жизнь началом чего-то нового или концом всего.
Так все-таки о чем книга? Не верьте обложке, она не про это. Как ни удивительно, она о браке. О таком, каких сегодня нет и не может быть. Выйти замуж за неудачника, рожать от него детей и оставаться с ним «и в горе, и в радости, и в богатстве, и в бедности…», часто вообще сомневаясь в своей привязанности к нему, – невыносимо тяжкий жизненный крест; нести его с честью могут немногие, а разобраться в мотивах несущего – почти никто. У. Стегнер вместе со своим героем пытается это сделать, и, надо сказать, у него неплохо получается – даже в таком браке открываются некие новые грани. В. Вулф своим «Орландо» поставила вопрос: что важней – порода или пастбище? У У. Стегнера по всему выходит, что порода, и с ним, постепенно постигая характер Сюзан, хочется согласиться. И мне все время было безумно жаль, что она «досталась» Оливеру – любящему ее неудачнику и, в общем, даже неплохому человеку: он уничтожил ее жизнь и даже не заметил этого. Или она сама ее уничтожила во славу его, особенно если смотреть на эту историю современными эгоцентричными глазами.
И как бы в параллель к основной истории строится линия разрушенного брака самого Лаймана. Хочешь – построишь прямые ассоциации, хочешь – увидишь нюансы, к которым либо мысленно присоединишься, либо нет, но читать все равно будет удивительно интересно: каждая деталь, мельчайшая подробность происходящего несет новые смыслы. В этой книге вообще нет пустот или текстового балласта, и, даже прочитав послесловие переводчика, ты продолжаешь распаковывать все новые и новые оттенки рассказанной У. Стегнером истории.
Да уж, отношения между людьми, тем более, состоящими в долгом браке, - вещь сложная и не всегда поддающаяся прямому внешнему анализу, даже если кажется, что это всего лишь своеобразно понятый долг и инерция. Тем не менее, я думаю, Лайман Уорд – истинный внук своей бабушки, генограммы не так уж и врут… И – да, определенно, У. Стегнер становится одним из моих любимых авторов. Хочу еще таких книг.
42 понравилось107
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым