Рецензия на книгу

• 

  winpoo

  23 марта 2026

  Восточная, но совсем не сказка

  Большинство людей вряд ли вообще задумываются о том, насколько сильно переплетены между собой личное и историческое время, насколько сильно политические и экономические события и носящиеся в воздухе идеи влияют на судьбу каждого человека, и, кажется, книга А.Гоша написана именно для того, чтобы напомнить читателям об этом.

  Поначалу кажется, что это просто семейная сага длиною в век (1885-1996), но реально описаний исторических катаклизмов Бирмы, Индии, Малайи в ней намного больше, чем личных жизненных перипетий. Более того, даже сама большая история представлена сквозь призму переживаний отдельных героев на протяжении почти всей их жизни – их судьба не остается в стороне от судьбы их страны, и почти всегда они «раньше думают о Родине, а потом о себе». Это придает книге несколько выпрямленный, но одновременно трагический характер. По крайней мере, лично я ничью жизнь не смогла воспринять как полностью благополучную, самореализованную, творческую, счастливую, прожитую «из самого себя» и ради самого себя. Практически все они гнули и ломали, ограничивали и принуждали себя, волевыми усилиями направляя в ту сторону, которую считали должной и достойной. Атмосфера в книге, безусловно, была, но была чрезвычайно тягостной на протяжении всего чтения, все происходило «под знаком беды», а не под счастливой звездой. Нигде не удалось порадоваться, почувствовать восторг и счастье героев, пережить с ними ключевые эмоциональные моменты, столь важные для любой жизни (влюбленность, рождение ребенка, его успех, утраты, смерть близкого человека), вообще – быть с ними, быть на их стороне. Тем не менее, думаю, что я смогла хотя бы когнитивно проникнуться личной философией каждого, что сделало их хоть сколько-то понятными, ведь Восток, как известно, дело тонкое. Что-то во всем этом было для меня от «Как закалялась сталь».

  Героев в книге много, и мы застаем их на разных этапах истории страны: колонизация, изгнание королевской семьи, войны, борьба за независимость, политические движения: они рождаются, мужают, трудятся, обретают собственное мировоззрение, влюбляются, служат, жертвуют собой… и в круговороте исторических происшествий в какой-то момент вообще теряются их собственные характеристики, они начинают выступать как типажи. Наверное, поэтому к концу книга переходит на скороговорку: история достигает какой-то актуально значимой для себя (и для писательского изложения) точки и, видимо, больше не нуждается именно в этих изломанных жизнях, ведь новый исторический виток, как Молох, потребует новых, еще не отстроенных.

  В целом это было для меня познавательно, ведь, по сути, я ничего не знаю о борьбе Бирмы за независимость, об отношениях между Индией и Бирмой, событиях войны с японцами и т.д. Но вместе с тем литературная линия Раджкумара и Долли казалась мне искусственной и какой-то внечувственной, выхолощенной. Я не могла понять, что связало их вместе, что заставляло Долли столь своеобразно относиться к собственной семье, особенно в зрелые годы (а сцена с постелью, очками и вставными челюстями в конце озадачила – она сама была как вставная челюсть повествования). Отношения Умы и администратора тоже казались какими-то немотивированными, а собственная судьба Умы после его смерти – очень политизированной. А вот истории Арджуна, Дину, Элисон и других были довольно шаблонными и какими-то хэмингуэевскими. Главное же – я не смогла разглядеть в каждом из них особую и тем более самобытно интересную личность: никто не выступил как яркая индивидуальность, никого автор не вывел дальше роли пешек в исторической игре.

  Надо сказать, что мне было сложновато адаптироваться к темпоритму книги – на чем-то автор застревал и становился до ужаса многословным, а о каких-то ключевых моментах сообщал бегло, одним предложением, где-то рассказ тормозил, а где-то стохастически перескакивал с темы на тему. Не поняла я и назначение притчеподобных вставок (например, про слониху, убившую надсмотрщика) и многочисленных вкраплений азиатских слов (названий одежды, еды, диалектов, национальностей и пр.).

  В итоге книга, конечно, произвела на меня впечатление - своей монументальностью и проекциями большой истории на малые, без этого рискующие остаться почти неслышными и незаметными. Не могла не произвести – как Шведагон на туриста. Но вместе с тем мне не хватило в ней житейского, людского, что прогревало бы и оживляло историю изнутри. Мне показалось, что автор больше увлекся картой, чем территорией с ее эмоциональными красками и оттенками смысла.

  38 понравилось

  115